— Ну, так почему бы тебе и меня не арестовать?

Потому что Симон никогда не поднимет на нее руку, каким бы колдовством Мири ни занялась. Он отвел взгляд от милого лица, полного негодования.

— Сегодня я уже арестовал всех, кого собирался арестовать, — пробормотал он.

— А как же быть с Кассандрой Лассель? — настаивала она. — Никогда я не стала бы наговаривать на другую Дочь Земли. Но ведь в этом твоем деле только она и есть настоящая ведьма. Почему ты не ищешь ее?

— Не бойтесь. Я займусь и мадемуазель Лассель. Своевременно. Я первой арестовал вашу сестру. Но, несомненно, она не станет последней.

— А все-таки почему? Ты несколько дней собирал по городу свои сведения. Как странно, что ты решил начать борьбу именно с моей сестры.

Мири научилась быть недоверчивой.

— Вот те на! Мирибель Шене, вы ли это? Откуда такая подозрительность? — подразнил ее Симон. — Обыкновенно вас отличала невероятная доверчивость.

— Учусь на своих ошибках, — отрезала она. — Почему ты так поспешно воспользовался предлогом, чтобы арестовать Габриэль? Что тебе действительно от нее нужно?

Чтобы выиграть время на размышление, Симон перешел к столу и стал перебирать какие-то бумаги. Не имело никакого смысла открываться Мири, если бы только не одно обстоятельство. Возможно, ему удастся использовать ее. Но он не хотел этого. В глубине души он боялся ранить ее доверчивое сердце во второй раз. Но, с другой стороны, он осознавал, что на карту поставлено невероятно много. Если его план удастся, он одержит победу, какая ему и не снилась. Он боролся со своими чувствами к этой странной девочке с глазами сказочной феи.

— Что ж. Признаюсь, арест Габриэль не является моей основной целью, и надеюсь, что ее арест поможет мне избавить мир от значительно большего зла.

— Зла? Какого зла? — Мири изумленно смотрела на него. — Великий боже, Симон. Если ты вздумал использовать Габриэль, чтобы попытаться заманить в ловушку Темную Королеву, ты просто безумец.

— Нет, не Темную Королеву. Хотя допускаю, я достаточно честолюбив, чтобы надеяться, что сумею когда-нибудь положить конец господству этой ведьмы-итальянки. Но на свете существует тот, кого я давно считаю равным с ней в использовании темных сил. Это ваш зять, граф Ренар.

— Ренар! Как же так… Симон…

— Если вы опять попытаетесь убедить меня, будто я ошибаюсь в нем, не стоит тратить время. Граф — это сам дьявол, которого давным-давно следовало подвергнуть судебному разбирательству.

— Судебному разбирательству или отмщению? — уточнила Мири.

Ее ясные серые глаза, казалось, проникали в самую душу Симона. Его рука инстинктивно поползла к шраму, но он вовремя опомнился.

— Я стараюсь не впутывать личную вражду и обиды в дела. Граф виновен не только в том, что раскроил мне лицо. Я видел степень его мерзкого влияния на вашу семью, наблюдал, как он проливал кровь моих братьев по ордену.

— Он защищал меня и моих сестер от твоего сумасшедшего магистра ле Виза, — возразила Мири. — Или ты совсем позабыл про это? Ренар — хороший и честный человек…

— Хорошие и честные люди не покупают за бешеные деньги такие книги, как это дьявольское чтиво «Книга теней».

— Симон, мы уже покончили с этим, — устало вздохнула Мирибель.

— Книга существует, Мири.