— Понимаю, это звучит как явный бред сумасшедшего, — нерешительно пробормотала Габриэль. — Но неужели тебе легче поверить, будто именно я хотела причинять тебе боль?

Тяжелый взгляд Реми буквально сверлил ее.

— Это ты надела тот медальон мне на шею и ни разу, ни словом не обмолвилась, ни разу не предупредила меня, откуда он у тебя. Наоборот, ты еще и солгала мне, что Арианн сделала его.

— Я же знала, что иначе ты никогда его не наденешь. Я думала, что защищала тебя.

— Мне не нужна такая защита, — резко перебил ее Реми. — Сколько раз Арианн предупреждала тебя остерегаться черной магии? Сколько раз сам я просил тебя избегать этих темных сил? Но ты всегда своевольничаешь. Никогда никого не слушаешь. Я надеялся, что мы, наконец, установили некоторую степень доверия между собой, отвергли ложь, избавились от тайн. Очевидно, я ожидал слишком многого. Обманывать для тебя так же естественно, как дышать.

Габриэль осознавала, что заслужила упреки, но все равно его слова больно ранили ее.

— Реми, это не совсем так… ты несправедлив ко мне.

— Несправедлив? Да ты, оказывается, опять по уши погрязла в интригах и меня туда же окунула по самую шею. Хуже того, вовлекла Волка во всю эту историю, подставила его под удар этой мстительной Лассель. Странно, что она не накропала никаких обвинений и против него, иначе его бы арестовали.

— Касс даже не знает, кто такой Волк, и я пыталась уговорить его, но он не менее упрям, чем ты. Он настоял на своем желании рискнуть, чтобы помочь мне, поскольку он слишком любит тебя. Так же, как и я.

— Ладно. Полагаю, с медальонами более или менее все ясно. Но что ты можешь сказать о другой безделушке в своей шкатулке? О кольце. Я-то знаю, чье оно. Помню, что видел его на пальце Темной Королевы в ночь маскарада. И даже не пытайся отрицать это.

— Я и не собиралась, — уныло подтвердила Габриэль.

— Тогда как оно попало к тебе? Почему она отдала его тебе?

— Это как залог того, что она сдержит свое слово. Она вынудила меня. Я… мне всегда хотелось рассказать тебе… но я…

— …забыла, правда ведь? Просто вылетело из головы. — Реми говорил так язвительно, что ей стало совсем не по себе.

Столько всего случилось с ними за последние несколько дней, что Габриэль забыла о кольце Екатерины. Охотники на ведьм, Кассандра и больше всего — чудо любви Реми. В жизни Габриэль просто не оставалось места для Темной Королевы. Но она понимала, что ей почти невозможно убедить в этом Реми.

Габриэль поднялась и тихонько подошла к нему сзади. Он был таким жестким, колючим, неуступчивым, что едва ли бы принял ее прикосновение. Но ей безумно захотелось дотронуться до него, обнять, восстановить их близость, связь между ними, прежде чем все будет потеряно навеки.

Она осторожно положила ему руку на плечо. Он не сбросил ее руку, но она не почувствовала ничего в ответ, словно Николя был высечен из камня.

— Я боялась, что Екатерина захочет извести тебя. Она дала слово ничего не предпринимать, если… если соблазню тебя и ты забудешь о Наварре.

— Мои поздравления. Я бы отметил твой грандиозный успех на этом поприще.

— Реми, я вовсе не собиралась сдержать свое слово.

— Выходит, и ей ты тоже лгала. Или я не прав? Только осмелюсь сказать, Темная Королева разбирается в правилах всех этих игр гораздо лучше меня.

Габриэль прижалась к Николя.

— Реми, я понимаю, что наделала кучу ошибок, ужасных ошибок, но я сделаю все, чтобы исправить все между нами.