Кувалда запустил руку в сверкающую кучку золота. Цепи и кольца потекли сквозь пальцы блестящим потоком, самоцветы и драгоценные камни искрились, отражая пляшущие огоньки тусклых свечей. Зрелище завораживало.

— Рекомендую вот эту брошь, — произнёс антиквар и выудил из ящика вычурную брошку, густо усеянную мелкими бриллиантами. — Будет отличный подарок.

Краснославу же она показалась безвкусной. Он взял из шкатулки серебряную подвеску с аквамарином, на первый взгляд невзрачную и простую, но при внимательном рассмотрении становилось понятно, что это очень тонкая и изящная работа, которая будет отлично смотреться с любым нарядом Агнии.

— Да, отличный выбор, — произнёс антиквар, но Кувалда понимал, что старик точно так же похвалил бы и любой другой вариант.

— Пожалуй, возьму это, — сказал капитан. — И ещё. Нет ли у вас в продаже пистолетов? Тоже в подарок.

Старик хитро улыбнулся, убирая все шкатулки и ящики обратно за прилавок.

— В наше время без оружия никуда, правда? — хохотнул он. — Вот, велодог, тульский.

Он выложил на прилавок странного вида револьвер, кургузый и уродливый, с коротким стволом и маленьким пятизарядным барабаном.

— Истинно так, — ответил Кувалда, откладывая подвеску и беря в руки оружие.

Он соскучился по оружию, по ощущению тяжёлого смертоносного устройства в руке, и даже этот куцый велодог пробудил в капитане ностальгию по старым временам. Когда Кувалда смотрел на рептилий только через прицел винтовки.

Мелкокалиберный револьвер оказался неожиданно увесистым для своего маленького размера, и Кувалда остался удовлетворён. Такой пистолетик легко можно спрятать в дамской сумочке, и сестра легко могла бы освоить стрельбу из него, не боясь отдачи. Самое то для подарка.

— Беру, — произнёс капитан.

— Пятьдесят рублей, — заломил цену антиквар, но торговаться Кувалда не стал. Отслюнявил ассигнации из портфеля, спрятал туда велодога, подвеску сунул в карман, сдержанно попрощался и вышел, оставляя старика жалеть о том, что он не заломил цену ещё больше.

Глава 31

Едва Кувалда вышел из антикварной лавки, как заметил краем глаза чёрную тень, юркнувшую в переулок. В совпадения капитан не верил, и это значит, что за ним снова кто-то следил. Кувалда почувствовал некую досаду, что не заметил слежку раньше. Расслабился.

Он прошёл вдоль здания, заглянул в переулок, в котором, очевидно, уже никого не было. Только лёгкий ветерок ворошил по земле окурки и обрывки газет. Никаких следов неизвестный шпион не оставил. Кувалда пожал плечами и пошёл дальше по проспекту, вдвойне настороженный. Он мысленно перечислил всех, кто мог бы установить за ним слежку, и список получился внушительным, так что никаких конкретных предположений Краснослав сделать не мог.

Заходить в переулок Кувалда не стал. Гораздо лучше выбирать место для битвы самому, нежели совать голову в очевидную ловушку. Краснослав никогда не сбегал от драки, но и никогда не пёр бездумно напролом. Всегда нужно быть хитрее противника, и обычно у Кувалды это получалось, даже несмотря на то, что его противниками были рептилии, самые хитрые, скользкие и мерзкие существа во Вселенной.

Краснослав повернул на другую улицу, широкую и величавую, вымощенную булыжником, по которому беспрестанно цокали лошадиные копыта, сливаясь в единый перестук. Туда-сюда сновали богато украшенные кареты, дилижансы и пролётки, а посередине улицы Кувалда увидел настоящие стальные рельсы. По рельсам, звеня колокольчиком, проехал трамвай, который тянула пара косматых владимирских тяжеловозов.

— О, это же Государь едет! — заслышал Кувалда обрывок чужого разговора, и сам вытянул шею, чтобы посмотреть на царя.