На крышах располагалась наша команда уничтожения. Богиня стрельбы Алиса, уже снявшая карабин с предохранителя. Кора с множеством спаянных мелких штырей, которые она подготовила заранее и собиралась использовать в качестве шрапнели. Ощетинившийся иглами Слепой, который вдобавок держал в руках ружье. С противоположной стороны, на крыше, Псих и Крыл, оба в боевом режиме, рассматривающиеся, как группа поддержки. Разместили их там, чтобы наши гости чувствовали себя окруженными. Ну, и конечно я, который уже успел расставить ловушки со стороны главной улицы.

Наша основная ударная сила, она же в девичестве Гром-девочка, а ныне Гром-баба, закрыла своим могучим телом проход к лесопосадке. Единственная, кто спустился и выбрался в переулок. Таким образом она одновременно находилась на будущем поле боя и как бы в стороне, готовая вмешаться в любую минуту. Основной вход для собачек остался открыт. Если псин, конечно, не смущали густые, но вместе с тем низкие кусты. На них, кстати, ушло прилично сил. А еще сколько придется потратить, когда все начнется?

Ладно, вроде все готовы. Я встретился взглядом с каждым из членов группы и кивнул. Скорее даже сам себе. И достал пистолет Ярыгина. Так, для солидности. Толку с него все равно никакого.

— Господа людоеды, сейчас мы сыграем с вами в одну очень интересную игру, — вкрадчивым голосом сказал я. Эх, мне бы еще страшную маску и трехколесный велосипед. — Но для начала хочу сразу оговориться, правило одно, не входить в боевой режим. Тот, кто попытается это сделать, будет уничтожен. Надеюсь, с этим не возникнет никаких проблем. Итак, можете снять мешки с головы.

Несмотря на связанные руки, людоеды довольно быстро справились с моим первым заданием. Они вертели головами, щурясь и пытаясь оценить свое положение. Ну, что я скажу? Хреновое у вас положение, любители человеческого мяса.

— Извиняюсь, за грубое обращение при конвоировании. Но я говорил вам, что не надо пытаться бежать. Хотя… среди вас есть чеченцы?

Людоеды недоуменно стали смотреть друг на друга. Пока Кость, на правах лидера, пусть уже и бывшего, отрицательно не помотал головой.

— А, тогда не извиняюсь. Ладно, перейдем к нашей игре. У ваших ног лежит шесть ножей. По одному для каждого. Правила простые. Тот, кто последний останется на ногах, уйдет из нашего гостеприимного квартала. Про боевую трансформацию напоминать не буду. Как вы заметили, у нас достаточно оружия, чтобы наказать тех, кто не станет соблюдать правила.

Людоеды, не сговариваясь, посмотрели на ножи. Тут уж я откровенно поиздевался: помимо здоровенных, разделочных, положил один рифленый, для резки хлеба, узкий для стейка и длинный для работы с мясом на кости. Ну, а что? Мяса тут было до фига. И костей. Людоеды же умеют управляться именно с человеческой вырезкой. Пусть продемонстрируют свои таланты.

— Зачем… зачем вам это? — спросил Кость.

Как-то быстро главарь каннибалов утратил всю свою боевитость. Сейчас он выглядел, как побитая собака. Забавная ирония.

— Наших девчонок заводит вид крови. Свои условия я озвучил. Из этого квартала уйдет только один. После того, как остальные будут мертвы.

Не проще было ли завалить всех этих уродов прямо так, с мешками на головах? Да, намного проще. Вот только я знал отношения нашей общественности к убийству безоружных. Гром-баба сделает недовольное лицо, Слепой закусит губу, Кора пойдет пятнами, а Крыл испуганно побледнеет.

Конечно, можно было выполнять всю работу грязную самому. Но у меня возникло некое брезгливое ощущение, стоило представить, как лианы сносят головы этим уродам. Будто голыми руками беру говно, сжимая его и оно выскальзывает через пальцы.

Поэтому я придумал такой забавный план. Собственно, он был не лишен остроумия, больше того, я бы даже сказал, что примерно так же поступил и Голос.