Изменить размер шрифта - +

— Не возражаешь, если присяду?

Слишком занятый созерцанием Саманты, Майк совершенно забыл о горящей спичке; она догорела до кончиков пальцев, и он с проклятием отшвырнул ее.

— Детка, сядь рядом со мной! — пылко произнес Нельсон. — Ты здесь новенькая, да? На кого ты работаешь?

Саманта стояла, уперев локоть в талию и отведя руку с зажатой между пальцами сигаретой в сторону. Она смотрела на Майка сверху вниз.

— Может, ты наконец пригласишь меня присесть?

— Я наконец убью тебя! — прошипел Майк, но подвинулся, чтобы она могла сесть рядом.

Присев, она сделала неудачную попытку затянуться, но тут же закашлялась, чем явно испортила впечатление.

Майк, рассерженный, выхватил у нее сигарету.

— Что ты из себя строишь?

Он начал было тушить сигарету в пепельнице, но, передумав, поднес ее к губам и так глубоко затянулся, что за раз сжег полсигареты.

— Майк, ты что, куришь?

— Нет. — Он медленно выпустил дым. — Бросил два года назад. Ты многого обо мне не знаешь. Еще пару недель с тобой, и я запью.

— Это касается и меня, — проговорила она, глядя ему в глаза.

— Майк, похоже, вы знакомы, — вмешался Нельсон. — Может, ты нас познакомишь или так и будешь беседовать с ней один? Ты ведь не собираешься ее задерживать на весь вечер?

— Слыхала, Саманта?! Нельсон думает, ты проститутка.

Она наклонилась, и ее губы почти прикоснулись к губам Майка.

— А как ты думаешь, кто я? — промурлыкала Саманта.

— Товар налицо. — Майк одним глотком допил свое пиво. — Пошли-ка отсюда.

Но Саманта вовсе не собиралась уходить. Если она сейчас поедет с Майком домой, то ничего не изменится. По какой-то причине он сердился на нее и сердится до сих пор. Подозвав официанта, она заказала двойную порцию мексиканской водки.

— Не забудьте дольку лимона и каплю ликера, если он у вас есть. И чипсы принесите.

Не успел Майк открыть рот, как Саманту уже пригласили на танец.

— С удовольствием, — ответила она, вставая, но Майк положил руку ей на плечо, не давая подняться.

— Кажется, нет, — извиняющимся голосом сказала пригласившему Саманта.

Когда принесли ее заказ, она обратилась к Нельсону:

— Ну, и что же ты знаешь о моей бабушке? Насколько я понимаю, ты и есть Нельсон?

Чувствуя на себе взгляд Майка, Саманта отлично сознавала, что он все понял: ведь для того, чтобы об этом узнать, ей нужно было прочитать записку, а записку разыскать в его бумажнике.

— Знаю о ней немного, но о тебе мне бы хотелось узнать намного больше, — вызывающе ответил Нельсон.

Майк все еще глядел на Саманту, надеясь, что она наконец удостоит его взглядом, но она не смотрела на него. Вместо этого со всей показной сексуальностью, на которую была способна, она сжала левый кулак, медленно его лизнула, насыпала на влажную кожу соль, игриво облизала ее и залпом опрокинула водку, после чего прикусила ломтик зеленого лимона.

— Боже, держи меня, — прошептал Нельсон, в то время как Майк молча уставился на Саманту. Взяв чипс, она макнула его в перечный соус.

— Осторожнее с этим! — предупредил Нельсон. — Он горячий, как лава.

Саманта подцепила на чипе основательную порцию густого соуса и съела, пока Нельсон с благоговением смотрел на нее.

— В Санта-Фе мы этим кормим грудных деток, — растягивая слова, проговорила Саманта и сделала глоток темного мексиканского пива. — Хочешь совет, Нельсон? Если кто-то в Санта-Фе предупреждает тебя, что это остро, то остерегайся, но если предупреждает житель Нью-Йорка, то рассмейся ему в лицо!

— Достаточно! — рявкнул Майк, схватив ее за руку и стаскивая со стула. Он вытащил ее на танцплощадку и, прижав к себе, начал медленно двигаться в танце.

Быстрый переход