Я должен был убраться оттуда. Нельзя было торчать там. Какие-то люди разбегались в панике. Следующий взрыв свалил меня с ног. Он прогремел чертовски близко ко мне. На сей раз я вырубился, а когда пришел в себя, то понял, что взрыв произошел в том самом здании, где меня держали. Мина из миномета угодила прямиком туда и разнесла домишко вдребезги.

— И?!. — спросил Тод.

— Меня нашел патруль американских рейнджеров. Компания, на которую я работал — «Блэкуотер», — позаботилась о лечении. Я пробыл в Ираке всего две недели. Они заплатили мне за полный месяц. Оплатили мне билет на самолет до дому. У меня был приобретенный ими страховой полис. Пятьдесят тысяч, если я погибну. Двадцать пять тысяч в случае ранения. Двадцать пять тысяч. На эти деньги я и жил. Психиатр из госпиталя для ветеранов, куда меня направили, сказал, что у меня посттравматическое нервное расстройство. Ничего серьезного. Стресс. Нервишки разыгрались. Весь мир — это кошмарный сон наяву. Есть множество причин для стресса, особенно если ты стараешься не думать о прячущем рожу под капюшоном парне, который пытается отрезать тебе голову.

Бэленджер заметил, что в последней фразе сказал «ты» вместо "я". Психиатр называл это диссоциацией. Его голос начал срываться. Сердцебиение сделалось таким частым, что от поднявшегося давления вены на шее надулись.

— Теперь вы видите, что я не коп?

— Ты так думаешь? А как же ты закорешился с профессором?

— Я же сказал вам, что учился у него. — Одежда Бэленджера насквозь промокла от пота. — Когда постоянно живешь в кошмаре наяву, то как прикажете уходить от мира? Ирак. Он повсюду. Как же укрыться от гребаного Ирака? Только в прошлое. Мне хотелось только одного — укрыться в прошлое. Мой психиатр решил, что мне будет полезно читать старые романы, книги, которые заставили бы меня почувствовать, что я попал в прошлое. Я пробовал читать Диккенса, Толстого, Александра Дюма. Но глава из «Графа Монте-Кристо», где герой прячется в мешок и его сбрасывают с обрыва в океан, показалась мне слишком правдоподобной. Тогда я перешел к книгам по истории. Биографии Бенджамина Франклина и Водсворта. Как был основан дом Ротшильдов. Мне на фиг не были нужны ни Франклин, ни Водсворт, ни дом Ротшильдов, но все это было безопасно, ничем мне не угрожало. Все, что было до двадцатого века. Толстенные книги, от чтения которых можно было заработать грыжу. Чем толще, тем лучше. Чем больше подробностей, тем лучше. Сноски... Как я люблю сноски! Из современных романов я читал только Джека Финнея и Ричарда Мейтсона. «Снова и снова» и «Время возврата бюллетеней». О людях, которым чертовски хотелось выбраться из своего настоящего. Им удалось так на этом сосредоточиться, что они смогли перенестись в прошлое. Мне бы их заботы. Я пошел в университет Буффало, прикинулся студентом и прослушал множество лекций по истории. Когда профессор понял, что я не числюсь в университете, он пригласил меня к себе в кабинет, и мы долго беседовали. Я рассказал ему о себе, и он позволил мне ходить на его лекции. Потом мы с ним много разговаривали, и месяц назад, когда его уволили, он спросил, соглашусь ли я ему помочь. Он сказал, что у нас будет столько денег, что беспокоиться о «сегодня» больше не придется.

По зданию прокатился негромкий рокот.

— Значит, с мешком на голове? — вопросительно произнес Тод.

Бэленджер кивнул.

— В темноте, — добавил Мэк.

— Да.