Он смотрел, как они заключили друг друга в крепкие объятия, и постепенно веселье ушло из его глаз. Повернувшись к членам своего экипажа. Кит стал благодарить их, поочередно подходя к каждому и пожимая руки.

В это же время, стоя неподалеку от компании моряков, Фитц приносил извинения матери.

– Прости меня, мама, я не должен был уезжать, – оправдывался он. – Ну извини и, пожалуйста, не плачь! – просил он, неловко похлопывая ее рукой по плечу. – Ты же видишь, со мной все в порядке. Ты видела, как мы прыгнули в море? – Голос юноши был задорным и радостным. Теперь, когда опасное приключение было позади, в нем не оставалось и следа испуга.

– Конечно, я смотрела на тебя, – ответила Анджела, утирая слезы и с улыбкой поднимая глаза на возвышавшегося над нею сына. – Вы оба – настоящие молодцы.

– Он просто взял и дернул меня вниз, – рассказывал Фитц, прищелкивая языком от восхищения и дотрагиваясь до рукава Кита, чтобы привлечь его внимание. – Расскажите маме, как я вопил, когда мы летели в воду!

– Ну, это было просто от неожиданности, – вежливо откликнулся Кит, на секунду отвернувшись от своих матросов. – Когда мы оказались в воде, он показал себя настоящим сорвиголовой. – После этих слов на щеках Фитца расцвел румянец удовольствия.

– Ты поблагодарил Кита? – обратилась к сыну Анджела. – Мы перед ним в неоплатном долгу.

– Ты совершенно права, мама, – охотно согласился Фитц. – Этот военный корабль оказался настоящим плавучим кошмаром! – признался он сокрушенно. – Спасибо вам, что вы забрали меня отсюда, мистер Брэддок. И еще спасибо за незабываемое купание! – с улыбкой добавил он.

– В следующий раз выберем для этого более подходящую погоду, – также улыбаясь, ответил Кит. – А теперь почему бы нам не перейти в более сухое место? – И он подал всем стоявшим знак покинуть палубу. – Афгар покажет вам судно, а я с вашего позволения, – он отвесил Анджеле шутливый поклон, – хотел бы посмотреть, в каком состоянии после наших приключений находится «Дезире», и проложить обратный курс. Нам пора возвращаться в Англию.

В тот вечер Кит не появился за ужином и передал свои извинения через стюарда, объяснившего, что капитан по прежнему занят на мостике. Анджела и Фитц поужинали вдвоем, а затем прошли в кают компанию. За ужином Фитц пытался объяснить матери, почему он решился на отъезд. В этом случае, полагал он, матери не придется защищать его от отца.

– С твоим отцом вполне можно справиться, – спокойно ответила ему Анджела. Она была настолько рада заполучить сына обратно, что не испытывала сейчас никакого желания упрекать его в неразумном поведении.

– В следующий раз, когда тебе придется встретиться с ним, я хочу находиться рядом. Теперь я уже достаточно взрослый, чтобы позаботиться о тебе, – говорил Фитц, словно за последние несколько дней ему удалось наконец избавиться от своего страха перед отцом.

– Это было бы хорошо, – откликнулась Анджела, чувствуя, как растет ее уважение к сыну. – Это было бы просто замечательно.

– Не плачь, мама. – Фитц подался вперед и обнял мать за плечи.

– Я не плачу, – отвечала она, пытаясь удержать слезы, выступившие на глазах. – Я не плачу

26

Гораздо позже тем же вечером Анджела услышала, как открылась дверь ее каюты, и, сев в постели, увидела в дверном проеме широкоплечий силуэт Кита. Свет, падавший сзади из коридора, образовал вокруг него что то вроде светящегося нимба и на несколько секунд, прежде чем он вошел и закрыл за собой дверь, скудно осветил каюту.