– Сократите расстояния, – отдал приказание Кит. – Если это «Аделаида», то когда мы будем в сотне метров от нее, выставьте сигнальщика.

Наконец название судна стало различимо, и у собравшихся на мостике вырвался единодушный крик радости. Несмотря на приказание, полученное от Кита, Анджела тоже не смогла усидеть на месте. Она прижала лицо к стеклу, стараясь получше разглядеть корабль, который они так долго и упорно преследовали.

– Мы можем перебраться на нее в такую погоду? – горячо спросила Анджела.

– Нет, мы не можем. Я могу, – коротко ответил Кит, не отрывая пристального взгляда от очертаний «Аделаиды».

– Ты не возьмешь меня с собой?

– Не глупи, Анджела! Взгляни на эти трехметровые волны!

– Может, нам стоит подождать? Почему бы нам не следовать тем же курсом, что и они, до тех пор, пока море не успокоится?

– Я думаю иначе. Мы и так гонимся за ними уже четвертые сутки, да еще на предельной скорости. Прибавь к этому четыре дня, которые у нас займет обратная дорога. – Кит с трудом выдыхал каждое слово, даже не пытаясь скрыть того, насколько он измучен. – Если эта штормовая погода будет держаться и дальше, вполне возможно, нам придется тащиться за ними еще несколько дней, а меня такой вариант совершенно не устраивает. Меня ждут на Жемчужной реке, причем ждут уже очень давно.

Анджела бросила на него быстрый взгляд.

– Не подумай, что я в чем нибудь виню тебя, – сдержанно ответил Кит, заметив взгляд Анджелы. – Так уж все сложилось. И, тем не менее, я должен оказаться там как можно скорее. Как ты полагаешь, Фитц не побоится очутиться в шлюпке в такую погоду?

Анджела покачала головой.

– Он плавает по морю с самого детства.

После этого сигнальщик с «Дезире» передал на «Аделаиду» короткое послание с просьбой разрешить подняться на борт судна.

Посредством сигнальщиков с обоих судов Кит провел целый «раунд» переговоров с капитаном «Аделаиды», который пытался отговорить его от этого рискованного предприятия – уж слишком высокой была волна, чтобы спускаться на воду в ненадежной лодке. Однако через несколько минут возле борта «Дезире» уже плясала шлюпка. Восемь самых крепких матросов из команды Кита и он сам заняли места на веслах. Зрелище было головокружительным: спасательная шлюпка выглядела жалкой скорлупкой в окружении вздымавшихся вокруг водяных валов. Волны с легкостью поднимали ее, а затем безжалостно швыряли в кипящие белой пеной провалы, что открывались внизу. Раз за разом шлюпка и находившиеся в ней люди оказывались на гребне очередной волны и, хотя они гребли изо всех сил, весла их казались никчемными перышками, а сами они выглядели пигмеями, бессильными сделать что либо в схватке с могучей стихией.

Медленно, с черепашьей скоростью, ведомая титаническими усилиями сидевших в ней людей, шлюпка приближалась к борту «Аделаиды», вдоль которого выстроились люди и с замиранием сердца следили за этим поединком между своими соплеменниками и природой.

Анджела видела фигуру своего сына. В спасательном жилете, в окружении еще троих человек, он стоял возле самых поручней в ожидании подхода шлюпки.

Кит тоже увидел его и, заметив, что юноше не терпится взойти на борт шлюпки, испытал облегчение. Несмотря на уверения Анджелы о том, что Фитц не боится морских волн. Кит до последнего момента сомневался в том, что у юноши достанет смелости спуститься в шлюпку, не побоявшись огромных волн. К счастью, он, видимо, ошибался.

Когда шлюпка подошла еще ближе, Кит помахал Фитцу рукой, давая знак, чтобы тот спустился на заливаемый штормовыми волнами трап корабля. В такую погоду, подойди они поближе, их вполне могло бы в щепки разбить о корпус «Аделаиды» или – того хуже – затащить под винт.