Всю ночь Кит ломал голову над тем, как же ему следует поступить в подобной ситуации, но ни одна светлая мысль так и не посетила его, поэтому он по прежнему пребывал в сомнениях.

Анджела вкратце пересказала Киту все, что ей удалось узнать от тех, с кем она говорила, и под конец попросила помочь ей – перехватить «Аделаиду» и вернуть Фитца домой.

– Пожалуйста. Кит, – умоляла она, – если хочешь, я встану перед тобой на колени. Фитца могут убить, а я этого не переживу! Пожалуйста! Ты должен помочь мне!

Глаза Анджелы были наполнены слезами, лицо представляло собой маску горя, голос дрожал. Киту захотелось прижать ее к себе, осушить ее боль поцелуями и сказать, что он сделает все – абсолютно все, что она захочет.

Но ведь он едва выжил в той бездне отчаяния, в которой пребывал последние недели перед отъездом. Он выпил столько виски, что в нем могла бы без труда дрейфовать «Дезире». Так честно ли с ее стороны появиться сейчас и требовать от него так много?

Возможно, его спонтанное решение было продиктовано скрытым желанием отомстить, возможно, – холодным и жестким расчетом, но так или иначе Кит ответил:

– Я с радостью помогу тебе. Но при одном условии. – Голос его звучал холодно и бесстрастно.

– Я согласна на любые условия.

– Ты должна будешь остаться со мной на четыре месяца, – продолжал он твердо.

Анджела подняла на него непонимающий взгляд.

– Что значит… остаться с тобой?

– Мы вместе отправимся на Жемчужную реку. Дорога занимает четыре месяца. Перед отплытием мы можем вернуть Фитца в Англию – если он пожелает. Тем более ты ведь все равно захочешь взять с собой крошку Мэй. А если Фитц захочет, то может отправиться с нами. Вот и все.

– А я должна буду с тобой спать? – осведомилась Анджела.

– Конечно. Это само собой разумеется.

– И ты можешь предлагать мне такое сейчас? – Голос Анджелы звенел от негодования.

– Ты же просишь меня, чтобы я вновь расковырял свои раны. Так что считай это своеобразным деловым соглашением. Я даю то, что нужно тебе, ты – то, что нужно мне. Только в этом случае мне удастся пережить еще одно кровопускание.

– Ты – холодный и бесчувственный человек.

– Это скорее относится к тебе. Ты превратила мою жизнь в сущий ад.

Воцарилось напряженное молчание. Воздух, казалось, был до такой степени наэлектризован, что в любой момент могла сверкнуть ослепительная молния.

– Мне очень жаль, – сказала Анджела. Она на самом деле не понимала, что с тех пор, как Кит Брэддок встретил ее, он и впрямь превратился в несчастного человека. Что ему нужно еще от этой жизни – ему, обожаемому сыну, ни в чем не знавшему отказа ветреному плейбою, красавцу, бонвивану и баловню судьбы, у ног которого лежал весь мир! Что он может знать о горе!

– Ну что ж, хорошо, – холодно проговорила она. – Я готова на все, лишь бы спасти сына. – Но тут же изменившимся голосом, в котором слышались слезы, она добавила: – Спасибо тебе.

Несмотря на те условия, которые ставил Кит, он был поистине милосерден, и Анджела была перед ним в долгу.

– Когда мы можем отплыть? – спросила она с сильно бьющимся сердцем. Её щеки порозовели, в голосе вновь появилась оживление, а в глазах заиграли прежние огоньки.

Вопреки своему желанию улыбнулся и Кит.

– Сейчас.

И он протянул ей руку.

Однако в то время, когда они на максимальной для «Дезире» скорости плыли на юг, Кит не беспокоил Анджелу требованиями выполнять условия заключенной между ними сделки. Возможно, это объяснялось его внутренним тактом и нежеланием домогаться ее в тот момент, когда женщина так отчаянно переживала за судьбу сына, а может, он боялся получить новые сердечные раны.