– Скажи мне, отчего тебе грустно, и я сделаю все, чтобы ты больше никогда не плакала.

– Ты… не сможешь, – горестно всхлипнула она. Он внимательно заглянул ей в глаза.

– Я все могу.

– Ты не можешь изменить… мир.

– Но могу изменить в нем очень многое. Еле заметно передернув плечами, Анджела смахнула набежавшую слезу кончиком пальца и сосредоточенно произнесла:

– Мне уже лучше. – Она вздохнула, глубоко и прерывисто. – Мужчинам не нравится, когда женщины плачут. Прости.

«Из нее получилась бы неплохая актриса», – подумалось ему – настолько внезапной была произошедшая в ней перемена. И все же за этим быстрым успокоением скрывалась какая то неестественная напряженность, как если бы остававшаяся в ней маленькая девочка вдруг вспомнила давние наставления взрослых из полузабытого детства о том, как нехорошо капризничать и что воспитанные дети никогда себя так не ведут.

– Ты плакала и в ту ночь, когда я впервые встретил тебя.

– Должно быть, тебе это было не слишком приятно.

– Только поначалу.

– Вот видишь.

– Но сейчас все совсем по другому.

– Нет, не совсем. – Как Анджела ни пыталась заставить себя успокоиться, ее губы все равно предательски дрожали.

– Совсем по другому, поверь, – мягко, но настойчиво повторил Кит, – несмотря на то, что ты так долго избегала меня. Несмотря на все отзвуки былого.

– Не будет больше никаких отзвуков.

– Как же им не быть? Я не каждый день прошу женщин выйти за меня замуж.

– Пожалуйста, Кит, не заставляй меня плакать снова.

– Слава Богу, хоть теперь ты поняла, что это не просто очередная… пылкая связь.

– Конечно, связь. Интрижка, – непреклонно произнесла она. – Как еще назвать то, что происходит между нами?

– Мне наплевать на то, что ты замужем.

– Зато мне не наплевать. – Перед мысленным взором графини предстали выходящие из глубины веков сотни Лоутонов – ее предков во главе с покойной матерью, и все они осуждающе хмурили брови. Ну и, конечно, главная преграда – ее муж, Брук, собственной персоной.

– В таком случае я постараюсь переубедить тебя. Она вздохнула.

– Если бы все было так просто…

– Оставь эту проблему мне, – сказал Кит без лишних рассуждений и лучезарно улыбнулся.

Его улыбка способна была изгнать из мира все силы мрака. Во всяком случае так ей показалось тогда. Еще чуть чуть, и она поверила бы ему.

– Давай поспорим на эту тему как нибудь в другой раз, – вымолвила Анджела с осторожной улыбкой, надеюсь, что ей наконец удалось восстановить самообладание.К тому же было самое время сменить предмет беседы. – А поскольку, с какой стороны ни взглянуть, мы все таки вступили в «пламенную связь», то давай ка поговорим лучше об этом.

– О чем же именно? – оживленно заинтересовался Кит, явно желая угодить ей, лишь бы она снова не впала в хандру. – Вряд ли, дорогая, ты сейчас вполне готова на чтo либо пламенное.

– «Вполне» в данном случае – лишь фигура речи, господин Брэддок, – проговорила она с выразительной интонацией учительницы.

– Ага, кажется, понимаю… Значит, вы предлагаете менее болезненную альтернативу?

– Так вы не против? Душа моя изнывает без ваших прикосновений, без вашего тела, без ваших утонченных – и в то же время умелых – манер. Ведь потоки слез не смогли заглушить моих телесных желаний.

– Похоже, мне и в самом деле придется тесно пообщаться с вами, графиня.