— Задержка в развитии… успех безнравствен, значит, уничтожь его в зародыше. Между тем Драммонд не подает признаков жизни. Похоже, он пустился в бега. Петра говорит, что Шталь внимательно следил за квартирой парня, но ни разу не заметил его. Я подаю заявку на розыск «хонды» Драммонда, но официально не объявляю о том, что он подозреваемый. Мы сделаем это в конце расследования.

— Хотя автомобиля нет, возможно, Драммонд затаился в своей квартире, — предположил я. — Для такого нелюдима вполне достаточно консервированного супа и компьютера, чтобы продержаться какое-то время. Шталь проверял это?

— Он попросил квартирную хозяйку постучать в дверь, но из квартиры не донеслось ни звука. Шталь хотел попросить хозяйку воспользоваться запасным ключом и войти внутрь под предлогом утечки газа, но потом передумал и позвонил Петре. Она связалась со мной, и мы решили подождать. Обыск — дело серьезное, а отец Кевина юрист. Стоит нам сцапать сыночка, как его интересы начнет представлять блестящий адвокат. Тогда мы рискуем увязнуть в трясине доказательств. Желая подстраховаться, я поговорил с заместителем окружного прокурора. Она склоняется к тому, чтобы дать ордер.

— Так какие у тебя планы?

— Шталь продолжает наблюдать, Петра проверяет в Голливуде клубы и книжные магазины, пытаясь найти тех, кто знал Кевина. Я снова изучаю дело Джули Киппер: вдруг пропустил что-нибудь. Я также позвонил в Кембридж Фиорелле и попросил его просмотреть журналы регистрации гостей отелей на предмет обнаружения имени Драммонда. Он обещал сделать это.

— И еще одно, — вставил я. — Я говорил с Кристианом Бэнгсли, ныне здравствующим коллегой Чайны Маранга. По его словам, Чайна была уверена в том, что кто-то тайно следует за ней по пятам. — Я пересказал Майло историю, случившуюся под указателем «Голливуд». — Это злило и пугало ее. В вечер исчезновения Чайна яростно набросилась на свой джаз-банд. Наркотики и свойственная ей агрессивность создавали вокруг нее напряженную атмосферу.

— И Кевин реагировал на это?

— Конечно. Чайну похоронили неподалеку от того указателя, и это согласуется с тем, что преследователь действительно существовал. У Чайны была слабость к этому щиту, и она регулярно туда ходила. Кто-то постоянно наблюдал за ней, изучая манеру поведения. Возможно, Чайну не просто подобрали на улице. Не исключено, что в ту ночь она решила прогуляться к указателю, а кто-то последовал за ней, внезапно напал и убил. Бэнгсли говорил, что, когда Чайна визжала, никто ее не слышал. В горах шум борьбы приглушается.

— Что за слабость питала Чайна к этому знаку?

— Ей импонировал рассказ о восходящей звезде, которая бросилась там в пропасть и разбилась насмерть.

— Неосуществленные мечты. Похоже, у них с Драммондом было нечто общее.

— Верно…

Майло сообщил Петре о том, как Алекс посетил колледж, где учился Драммонд. Характеристики консультанта Драммонда дополнили биографию этого человека.

Прежде всего нелюдим. Чертов нелюдим. Ни один владелец клуба, ни один вышибала, ни один постоянный посетитель, ни один продавец книжного магазина не вспомнил его.

Узнали Драммонда на фотографии водительского удостоверения только владелец прачечной самообслуживания, расположенной в двух кварталах от дома Драммонда, и продавец соседнего магазина «Семь-одиннадцать», у которого тот вроде бы кое-что покупал.

— «Кое-что»? А точнее?

— Может, «Слим — Джим»?

— Может? — переспросила Петра.

— Или обрезки бекона.

Владелец прачечной, китаец, плохо знал английский и часто улыбался.