– Нет, – пробормотала Зефирка.

В ее голове теснились самые разные мысли. Эмма очень много ела, лакомилась сладким, поэтому потолстела, а потом обвинила портниху в неумении снимать мерки. Но это неправда. Зефирка крайне аккуратна с сантиметром. Эмма же, кроме хорошего аппетита, обладает еще и вздорным, истеричным характером. Крольчиха грубиянка, да еще и обжора! При чем тут Зефирка? За что ее обругали так, что при одном воспоминании о скандале делается плохо? Очень хочется сейчас уйти, оставить злую, гневливую Эмму в зарослях каменной колючки! Так ей и надо! Пусть посидит, подумает о своем поведении. Надо громко произнести: «Меня зовут Зефирка. Прощай, Эмма, не стану тебя выручать из беды. Ты мне не подруга, не родственница. Ты меня незаслуженно оскорбила». И убежать по тропинке.

Из зарослей послышался плач, потом крольчиха произнесла:

– Мне страшно! Я боюсь колючек. Помоги!

Зефирку охватила жалость, она сдернула с себя пижамные штанишки.

– Уже связываю резинки.

– Если выручишь меня, мама тебе хорошо заплатит, – пообещала Эмма.

Лучшей портнихе опять захотелось сказать крольчихе прямо и откровенно, что она о ней думает. Но невероятным усилием воли мопсиха сумела победить это желание. Она начала шептать себе под нос: «Эмма противная! Дружить с ней не могу и не стану. Но крольчиха попала в беду. Вряд ли по этому лесу ходят толпы жителей Прекрасной Долины. Я здесь уже давно и никого не видела. Колючка ядовитая, если она уколет, лапки окаменеют. Кроме меня, Эмме помочь некому. Если я сейчас уйду, крольчихе плохо придется. Не могу бросить Эмму, она в большой беде. Я тогда себя уважать перестану. А как жить, не имея к себе уважения?»

– Ты не ушла? – снова забеспокоилась Эмма.

– Нет, не волнуйся, я не исчезну, – ответила Зефирка, – держи, бросаю тебе один конец резинки. Обвяжи себя, как рулет из черной грушесмородины.

– Не поняла, – всхлипнула Эмма.

– Замотай резинку на талии, потом сделай две петельки для лап, – посоветовала лучшая портниха, – а я прикреплю другой конец к деревьям.

Со своей задачей лучшая портниха справилась быстро. Она вернулась к зарослям и осведомилась:

– Как дела?

– Не могу ничего завязать, падает резинка, – заныла Эмма, – можешь ко мне подойти?

– Сквозь заросли колючки не протиснуться, – возразила Зефирка.

– Слева только крапиволопухи, можно там пролезть, – ответила Эмма и добавила: – Да, они жгучие, но можно потерпеть, если ты, конечно, решила мне помочь!

– Иду, – коротко сообщила Зефирка.

– Мне страшно, поторопись, – потребовала Эмма.

Зефирка подумала пару секунд.

– Главное, не потерять нижнюю часть пижамы. Ну, Зефи, давай! Крапиволопухи больно жгутся, но можно потерпеть, – сама себя подбодрила Зефирка.

Глава 16

 Калитка

– Почти все в сборе, – отметил Тарип.

– Зефирки нет, – уточнила Мафи, – и Молли. А вот и она!

– Добрый день, – тихо произнесла тойтерьериха.

Тарип усмехнулся, он определенно хотел что-то сказать, но тут на полянку выбежала Эмма. За спиной у нее висел прозрачный рюкзачок, в нем ярко горела лампа. Забыв поздороваться, крольчиха кинулась к забору, потрясла решетчатую дверь и возмутилась:

– Не открывается.

Все собаки так удивились, что не задали Эмме ни одного вопроса, а Тарип спокойно объяснил:

– Вы правы. Дверь заперта.

– Откройте, – потребовала Эмма, – ну? Поживей! Мне очень надо домой!

– Ключ у вас при себе, – продолжил мопс, – это лампа.