– Хвостолом нужен был мне только для того, чтобы выйти на шайку бродяг. Если тебя это обидело, мне плевать! – грубо рявкнул он. – Ну, а ты, Долгохвост?

– Пойти с тобой, Коготь? – 'засуетился Долгохвост. – В изгнание? – в голосе его прозвучал неподдельный ужас. – Нет, что ты! Я… я не могу. Я верен Грозовому племени!

«Ты просто трусишь», – добавил про себя Огнегрив, принюхиваясь к резкому запаху страха, распространившегося вокруг Долгохвоста. Тот повернулся и начал быстро выбираться из толпы.

На какой то миг Коготь растерялся. Видно было, что он не ожидал встретить отказ.

– А ты, Дым? – резко спросил он. – Со мной ты всегда сможешь рассчитывать на лучшую долю! Да и голодным не останешься!

Молодой воин решительно поднялся и начал прокладывать себе дорогу через толпу, пока не оказался нос к носу с Когтем.

– Я уважал тебя! – громко сказал он, отчетливо выговаривая каждое слово. – Я мечтал быть похожим на тебя. Но Ярохвост был моим наставником. Я обязан ему больше, чем кому бы то ни было в племени.

А ты убил его, – он содрогнулся от горечи и ярости, но нашел в себе силы продолжать. – Ты убил Ярохвоста и предал свое племя. Я скорее умру, чем пойду за тобой! – Дым повернулся и пошел прочь.

Одобрительный гул прокатился по толпе собравшихся, и Огнегрив отчетливо услышал голос Бурана: – Отлично сказано, малыш!

– Коготь! – громко сказала Синяя Звезда. – Довольно. Уходи.

Коготь неторопливо поднялся, глаза его горели холодным бешенством.

– Я ухожу. Но я вернусь, можете не сомневаться. Я вернусь и отомщу вам всем! – Пошатываясь от слабости, он побрел прочь от Высокой Скалы. Проходя мимо Огнегрива, он на секунду задержался и ощерил зубы: – Что касается тебя… – прошипел бывший глашатай. – Будь начеку, Огнегрив. Держи ушки торчком, а глазки открытыми… И почаще оглядывайся. Потому что настанет день, когда я доберусь до тебя. И тогда ты станешь падалью, слышишь? – Ты уже падаль! – ответил Огнегрив, пытаясь не показать своего страха. Предательские мурашки поползли у него по хребту. Коготь сплюнул, повернулся и пошел дальше. Коты расступились, давая ему дорогу. Все глаза были прикованы к бывшему глашатаю. Великий воин ступал нетвердо, видимо, раны продолжали терзать его, несмотря на Пепелюшкины травы. Однако он ни разу не остановился и не оглянулся назад. Вот папоротники сомкнулись за его спиной – и он исчез.

Глава XXIX

Провожая глазами поверженного противника, Огнегрив не испытывал ни малейшей радости. Горечь и сожаление терзали его сердце. Зачем Коготь так ужасно распорядился собственной жизнью?! Он мог бы стать великим воином, подвиги которого передавались бы из поколения в поколение! Огнегриву хотелось выть от отчаяния и безнадежности.

Вокруг него все снова пришло в движение, коты собирались в кучки, жадно обмениваясь мнениями.

– Кто же теперь будет глашатаем? – донесся до Огнегрива голос Ветрогона. Огнегрив посмотрел на Синюю Звезду, чтобы узнать, не хочет ли она назвать имя своего заместителя, но увидел, что предводительница тихо огибает Высокую Скалу, направляясь в свою пещеру. Голова ее была опущена, лапы дрожали, как у больной. Было очевидно, что сегодня новый глашатай назван не будет. – А я вот считаю, что глашатаем должен стать Огнегрив! – завопил Белыш, восторженно прыгая по поляне. – Это он все разведал!

– Огнегрив? – сощурился Частокол.