— Звучит сомнительно, — отозвался Хэган. — Отдать короля во власть магов жизни… Не верится, что на это кто-то пойдёт, в первую очередь он сам.

— Мы найдём способ его убедить, если надо, можем даже сидеть в темнице под дворцом, пока в наши добрые намеренья не поверят, — громко сказал «личиночник».

— Последнее было ложью, — проговорил сидящий рядом брат Вэй.

— И что же, нам надо просто сдаться, и в королевстве наступит мир? — поинтересовалась Кэрана.

— Ну разве что за исключением северной марки, и то ненадолго! — крикнул князь. — Боюсь, я не могу взять и простить этим дикарям многочисленные смерти своих людей, а также брата и племянника. Мои же вассалы просто этого не поймут. В остальном же препятствием к миру является лишь недоверие и недопонимание.

— Не слишком ли вы пренебрежительно относитесь к моему другу и его людям? — спросил Хэган, почувствовав, что вокруг Ромула буквально начала закручиваться Кив.

— Высокородный Хэган, вам стоит осмотрительнее выбирать друзей, а то некоторые из них оказываются злейшими врагами! Поверьте, вы не знаете очень много…

— Слушаем сюда, — раздался громкий шёпот Ромула, не открывающего глаза. — Сейчас я откррою выход. Как только это произойдёт, идите за волком, смотрря в затылок друг другу, и ни на мгновение не отвлекайтесь, чтобы не оказаться в нигде. Брат Вэй и Сэя, забирайтесь на Лизя — так всем будет прроще. Всё ясно?

— Это сработает? — сглотнув, спросил Хэган. Слова про «нигде» ему не понравились.

— Скорее всего. Но это точно лучше, чем стать коррмом для червей. Но сомневающиеся могут остаться. Пройти в мой дом куда проще по своей воле, чем вопреки ей.

— На йух бы тебя послать, — передразнил компаньона высокородный. — Но другие варианты и правда хуже.

Глава 21

Нас грамотно загнали в угол, несмотря на все наши попытки вырваться. На пару с Лизем мы бы ушли от засад без проблем, в теории брат вполне мог бы проделать то же самое с двумя седоками на спине, а я мог бы прихватить на закорках ещё одного пассажира. Выходило, опять же в теории, что мы могли бы утащить брата Вэя, Кэрану и ещё кого-нибудь, Хэган и сам быстро бегает. Но высокородная лядь с самого начала не желала бросать своих людей на словах, а я не испытывал желание делать нечто подобное на деле.

Пока мы с Хэганом шли на юг, охрана принцесски являлась для меня чем-то вроде переменной в уравнении. Мы хватаем девку и тащим на север, а её люди с рассветом устраивают побег, отвлекают на себя силы и так далее, а возможно просто сидят в гостевых покоях и с непроницаемыми лицами всем втирают, что высокородная госпожа сегодня не в духе и не желает никого видеть. Но потом началась вся эта передряга, и переменная превратилась для меня в ровно таких же двуногих, как и я сам. Звучит глупо, но я захотел попытаться спасти их жизни, и надо заметить, что подобное желание напало на меня не в первый раз.

В результате мы сидим в углу, образованном двумя стенами огня, и нас убеждают перестать выпендриваться и сдаться, потому как других вариантов у нас нет. Если смерть, конечно, не считать. Но вот незадача, ещё один шанс вырваться из западни у нас есть, и это даже не попытка прорыва.

Я очень давно ломал голову над открытиями порталов. Я видел, как тропу сквозь пространство проложил в своё время Лохматый, рассмотрел, как к нам вывалился весной раненный кошак с пауком на хвосте, отлично запомнил мыслеобразы, которые передал мне Большой Ги, когда разъяснял способ дальних путешествий своего вида. В общем и целом, я, кажется, даже допёр до технологии млекопитающих в целом и волков в частности.