— Сам-то что думаешь? — поинтересовался я у высокородного, как всегда обращаясь на «ты», чем подчёркивал наши дружеские отношения.

— Я бы рискнул. Плохо, конечно, что до нас ещё не дошла информация, кто ведёт гвардию, но, думаю, отстоять Юэта с семьёй будет вполне реально. — Он потёр подбородок в задумчивости. — Княжество в противном случае придётся либо делить на части между соседями, что их усилит, либо включать в королевский домен, что спровоцирует недовольство удельных князей. Да и с северной маркой получится некрасиво: вы ведь войну выиграли и королевскому дому помогли, и вам бы тоже какой-то кусок должен был перепасть, но не совсем ясно, кому его давать. Ты-то от титулов и земель отказался, как член Братства.

— Ну это как раз меньшая из прроблем. Тэнов и их воинов, которые отличились на поле боя, хватает. Поделили бы владения либо промеж собой, либо между младшими детьми, — хмыкнул я, поддерживая на всякий случай авторитет щедрого военного вождя. Братству и мне лично земля здесь всё равно нужна как собаке пятая нога, а тэнам будет приятно.

— Возможно. Но в любом случае проще поставить князем относительно слабого мага, который во всём будет зависеть от милости королевского дома и сам поспособствует поиску собственных родственников, чтобы обезопасить будущее своих потомков.

— Хм, друг мой, нам нужно только решить, какой размер контрибуции назначить, — пожал плечами я, понимая, что даже смутно не представляю, сколько можно стрясти со старикана, и не желая спорить со столичным знатоком интриг.

— Думаю, с этим я могу помочь, — вступила в разговор Кэрана, улыбнувшись. — Князь был достаточно словоохотлив, хвастаясь своими богатствами.

— Мы все внимательно слушаем, — улыбнулся я ей, радуясь, что есть на кого спихнуть политическую возню. И уже подумывал, на кого сбагрить саму северную марку. Надо признать, что, несмотря на то, что я, как всегда, стараюсь сделать как лучше, правитель из меня никудышный и политика это явно не моё. Мой потолок — военный вождь отдельно взятого похода, да и то речь скорее о ходячем знамени и бойце первой линии, ведь основную работу именно командира Эфрим сделал.

Эпилог

Вэлан Тэцэра задумчиво посмотрел на закрывшуюся дверь, створки которой были богато украшены резьбой с геральдическими драконами его дома, как и её ручки, выполненные в схожих мотивах. На вкус старика, в убранстве главной резиденции дома вообще было как-то многовато различного геральдического зверья, но, даже будучи патриархом, сделать он с этим ничего не мог. Подобные изменения были бы плевком на могилу пра-пра-прадеда, который построил дворец рода, потому приходилось терпеть данное эстетическое неудобство. Как и старый сервиз, разукрашенный тиграми, который за последние двести лет успел превратиться практически в ещё одну родовую регалию, отведать чай из которой честь и знак благоволения главы. Хмыкнув в давно седые усы, Вэлан отпил чая, насладившись его букетом, и проговорил:

— Что думаешь?

В ближайшей стене открылась потайная дверь, и из неё вышел старый монах, сел напротив него, налив себе чашку чая, и проговорил:

— Он не врал.

— Хэрано, я ещё не впал в старческое слабоумие, чтобы не понимать, что мой собственный внук сказал мне правду, — фыркнул пожилой аристократ. — А вот в твоём здравомыслии начинаю сомневаться.

— Тогда конкретизируй вопрос, — хмыкнул лысоголовый священнослужитель, улыбнувшись старому другу. — А то я вообще много всякого думаю.

— Насколько, по твоему мнению, реально попробовать сплавить наследника в это северной братство при нынешнем раскладе? — не выказав раздражения, спросил патриарх рода, за десятилетия уже привыкший к манере общения своего визави и уже давно переставший гадать, как его вообще не выгнали из монастыря.