— Ага. И подводную лодку не забудьте!

— Владимир Николаевич… — укоризненно проговорила Софья.

— Простите. Шучу. Ну не знаю я. Ничего не могу предложить, — признался Пирошников.

Геннадию наскучил этот разговор, он скрылся в лифте и уехал куда-то вверх.

Компания продолжила карточную игру до возвращения Геннадия. Вернулся он через час и, выйдя из лифта, сразу обратился к Пирошникову:

— Вас вызывает собственник дома, Джабраил!

— В Лондон? — невозмутимо переспросил Пирошников.

— Нет. Сам сюда прилетит.

— Жаль. И когда же?

— Завтра.

— Ну слава богу! Хоть хозяин приедет, — вздохнула из будки Лариса Павловна. — Дом без хозяина не стоит.

Чем-то старым повеяло, фольклорным. «Вот приедет барин, барин нас рассудит…» С тою только разницей, что барин ожидался кавказской национальности и довольно молодой. Геннадий сказал, что Джабраилу тридцать два года.

На следующий день с утра стали заметны признаки приближения Хозяина. С восьми часов взвод уборщиц под предводительством Геннадия отправился на крышу, где располагалась резиденция, чтобы навести там порядок. Через час прибыли повара с продуктами и официанты, призванные оживить кухню и столовую. Охранники облачились в униформу и стояли на каждой лестничной площадке. Домочадцев с минус третьего впускали и выпускали на улицу через запасной пожарный выход.

Увидя все эти приготовления, Пирошников дрогнул. Улучив минутку, он обратился к Геннадию.

— Может, убрать мое хозяйство с глаз долой? — указал он на свое гнездышко в вестибюле.

Геннадий подумал.

— Нет. Хозяин приказал обеспечить комфорт. Мы обеспечили. Пусть видит.

Пирошников вновь облачился в костюм с галстуком-бабочкой, сходил в газетный киоск, купил журнал «Сноб» и уселся с ним на видном месте при входе в свое жилище.

Серафима неожиданно проявила строптивость. Она заявила, что не желает участвовать в показухе, и отправилась в кино.

Геннадий то и дело прикладывал к уху телефон, отслеживая перемещения Хозяина. Была уже середина дня.

Наконец он сообщил:

— Едет из Пулкова.

Через полчаса распахнулись двери и в холл стремительно вошла группа молодых людей из семи человек. Все были одеты одинаково — в черные плащи с шелковыми шарфами, остроносые лаковые ботинки и темные узкие брюки в полоску.

Но самое главное состояло в том, что они были похожи, как близнецы, — все на одно лицо. Они прошествовали через турникет ровным строем и скрылись в лифте.

Лифт вознесся вверх.

Пирошников оторвался от журнала и проводил их глазами.

— Охрана? — спросил он.

— Да. Шестеро — охрана. Но седьмой — Джабраил, — ответил Геннадий.

— Который из них? — удивился Пирошников.

— Фиг его знает… Это его ноу-хау. Подбирает охрану по своему подобию и одевает так же. Чтобы запутать врагов.

— А как же ты его отличаешь?

— По кабинету. Тот, кто в кабинете сидит, — Джабраил. Не ошибешься. Остальные в других местах.

У Геннадия запищал телефон.

— Вызывает… — сказал он, посмотрев на дисплей. — Да, слушаю. Есть, — сказал он в трубку и тоже исчез в лифте.

Пирошников остался ждать, когда его тоже позовут наверх, размышляя о том, как забавно выглядела бы его охрана, если бы она у него была и подбиралась по принципу Джабраила. Семь прихрамывающих жизнерадостных старичков напомнили ему диснеевских гномов.