<style name="1">Та Сторона в этом месте походила на пчелиные соты, заселенные различными популяциями вендеков. Ширина каждой ячейки составляла около микрометра, стенки их вибрировали, как самонастраивающиеся барабаны; ни одна из вибраций не описывалась простыми числами, но, послушав немного самые сложные ритмы, можно было почти увериться, что сигнальный слой окажется не более чем прихотью природы. Даже если это так, Чикайя сомневался, что можно расслабиться насчет присутствия здесь разумной жизни. В поисках сигнального слоя он забрался уже довольно далеко, но Та Сторона уходила в глубину еще на миллионы необследованных кубических светолет, и полагать всю ее безжизненной, изучив тоненький срез поверхностной кожицы, было столь же неблагоразумно, как отвергать возможность существования внеземной жизни на том основании, что контуры созвездий в действительности не соответствуют никаким животным.</style>

<style name="1">Все, на что он сейчас глядел, было виртуальным конструктом, хотя и очень достоверным. «Сарумпет» непрестанно «подсвечивал» свое окружение зондами, похожими, впрочем, не на фотоны, а на разведчиков-насекомых: они, как правило, возвращались с отчетом о деталях обследованных областей, а не передавали картинку по дальней радиосвязи. Его тело, корабль — прозрачный пузырь, слегка напоминавший уменьшенную версию наблюдательного модуля «Риндлера», но с дополнительными окошками в полу, — и сила тяжести, которую он ощущал, были исключительно плодами воображения.</style>

<style name="1">Он повернулся к ожидавшей его иконке Мариамы. Она была оформлена до плеч. Тело представлял прозрачный контейнер, понемногу наливавшийся цветом и формой, пока по протянутой от самого Барьера стекловолоконной трубочке сновал световой проблеск. Чикайя посмотрел через трубочку на взбаламученный слой планковских червей, их чернильно-фиолетовые и черные контуры, сновавшие меж приветливо-пастельных вендеков. Каждые несколько секунд темная нить вытягивалась вниз, в его направлении, точно щупальце вредоносного дегтя вторгалось во вселенную, состоявшую исключительно из фруктового сока. Тут же вендеки отвечали, обрывая нить и отгоняя непрошеных гостей. «Сарумпету» такая участь не грозила, поскольку он был прикрыт мимикрирующей оболочкой, скопированной с окрестных устойчивых слоев. У планковских червей такой иммунитет пока не выработался, ведь они, по сути, не исследовали этих слоев целенаправленно, а слепо на них натыкались. Но как только прорыв произойдет, черви, не приходилось сомневаться, найдут им куда менее благородное применение.</style>

<style name="1"><style name="1">Чтобы ожидание не сделалось непереносимым, Чикайя ушел в свою личную разновидность Замедления. Планковские квантовые гейты «Сарумпета» способны были растянуть час до вечности. Библиокомплект нежданно осчастливившее его ускорение использовал для поиска новых стратегий, хотя до сих пор и не сподобился разработать ничего особо перспективного. Десять миллионов индивидуальных планкочервеедов, которых он построил на Этой Стороне, без труда могли быть начерчены Изнутри за микросекунду, а не за девять часов. Беда в том, что подавляющее большинство их незамедлительно бы сожрало сам «Сарумпет». Чикайя бы не задумываясь последовал примеру погибших для вящей своей славы анахронавтов, но ему отнюдь не хотелось выпускать на волю всепожирающее пламя, пока его не научили самоконтролю и регулированию эффективности.</style></style>

<style name="1"><style name="1">Мариама отращивала подбородок. Чикайя спросил иконку, как правильно отображать пропорции: исходя из высоты или объема.</style></style>

<style name="1"><style name="1">― Из объема.</style></style>

<style name="1"><style name="1">Резко очерченное тело стало размягчаться, оплывать, но то менялась подсветка иконки, а не она сама.