Под тяжестью доски заныла рука, но Карсон упорно продолжала свой путь к последней дюне. Поднявшись на нее, Карсон наконец вдохнула насыщенный солью воздух. Она опустила доску на песок и широко улыбнулась, созерцая бесподобный вид – темнеющие море и небо сливались в бесконечном горизонте. Закрыв глаза, она глубоко вдохнула, наслаждаясь ароматом дома.

Карсон не могла устоять перед стойким притяжением приливов. Возможно, дело было в незабываемом запахе – ароматный ил вперемешку с солью. Южное побережье со своими блестящими, протяжными волнами было мягче и гостеприимнее каменных скал и могучего прибоя Калифорнии. На юге все было таким умиротворяющим. Не важно, сколько раз Карсон приходилось уезжать или сколько раз она клялась никогда не возвращаться – родные приливы манили ее обратно.

На пляже было еще несколько загорелых мужчин и женщин – они натирали доски воском и болтали. Между местными серферами существует тесная дружба. Они выросли вместе и годами видели друг друга на воде каждый день – так возникают связи на всю жизнь. Отзвуки их оживленного смеха мешались с криками птиц. В глубине океана несколько серферов уже были на досках, дружно покачиваясь в ожидании подходящей волны. Карсон спешила к ним присоединиться и освежила восковое покрытие доски в тех местах, где оно стерлось под ее ступнями.

Карсон не теряла времени зря. Уровень воды поднялся примерно на метр – довольно много по стандартам Южной Калифорнии. Она почувствовала, как в венах пузырится восторг. Наконец она натянула костюм для серфинга – с короткими рукавами и открытыми ногами, – который облегал ее тело, как вторая кожа. Карсон было немного неловко, но она старалась не обращать внимания на раздражающие взгляды мужчин на пляже. Закончив с приготовлениями, Карсон подняла доску и сделала несколько первых шагов в воду.

«Ну, вперед» – подумала она, пробираясь по колено в холодной воде туда, где бьют буруны. Увидев первую голубую стену большой волны, Карсон взялась за края доски, опустила ее вниз, пригнула голову и нырнула. Доска резала воду, а холодная волна бурлила над головой. Задыхаясь, с мокрыми насквозь волосами Карсон вынырнула наружу, и брызги засияли у нее на лице в солнечном свете.

Карсон любила это первое бодрящее погружение в океан. Для нее это было сродни духовному очищению, освежающему и смывающему все грехи. За этим она и приходила сюда каждое утро. Своеобразный обряд вошел у нее в привычку. Карсон с сияющей улыбкой погребла навстречу следующей волне.

Оказавшись за пределами прибойных волн, Карсон села на доску и стала ждать волну. Длинные босые ноги болтались в воде, пока она смотрела на песчаный берег, оставшийся позади. На таком расстоянии она чувствовала себя скорее частью моря, чем суши. Здесь возникало чувство абсолютного одиночества, осознание собственной ничтожности в масштабах бескрайнего простора. Но вместо ощущения ничтожности она почему-то чувствовала себя частью чего-то огромного. Океан дарил ей ощущение силы и спокойствия.

Другие серферы присоединились к ней на воде, подпрыгивая на досках в ожидании подходящей волны, как плывущие пеликаны. Серфинг – одиночный спорт, но серферы выбирают себе любимые места. Это было ее место. Она занималась здесь серфингом, когда была подростком, и легко сошлась с местными серферами. Среди них попадались уже знакомые лица. Несмотря на то, что в душе она была одиночкой, было приятно, что кто-то следит за тобой в переменчивом океане.

Она довольно долго покачивалась на воде в ожидании подходящей волны.