— Я-то думал, вы уже убедились, что слишком много предаваться мечтам опасно для жизни. Если не смотреть по сторонам, легко можно попасть в беду.

Он опять насмехается над ней!

— Но сейчас, как видите, я никуда не двигаюсь, так что опасаться нечего.

— Вот и хорошо. Я ждал случая побеседовать с вами еще раз.

И опять он ее перехитрил! Как легко она попала в ловушку! Это все от неожиданности. Она-то была уверена, что никогда больше его не увидит, и сейчас испытывала только неловкость. Надо придумать, как побыстрее закончить разговор.

— Да, насчет велосипеда…

— Об этом не надо, — произнес он своим низким, очень мужским голосом человека, привыкшего повелевать. — Мне это ничего не стоило. — Затем, прежде чем она успела что-либо сообразить, неожиданно сменил тон: — Мне сказали, что вы взяли на себя задачу превратить толпу неуправляемых юнцов в непобедимых чемпионов. Я бы хотел услышать о ваших планах более подробно. Если, конечно, эта тема вам не слишком надоела.

Эта внезапная перемена снова вывела ее из равновесия. Ну как теперь дать ему отпор, если он ведет себя, как нормальный воспитанный человек… Оборвать его нельзя — это будет выглядеть просто грубо. Николь проглотила уже заготовленные резкие слова и начала излагать свои идеи о том, как привить ученикам необходимые навыки и разумный подход к парусному спорту. Он слушал с напряженным вниманием, изредка кивая головой в знак согласия. Когда она замолчала, он долго смотрел на нее. Холодок пробежал у нее по коже. Под €го пристальным взглядом она впервые за весь вечер почувствовала себя в этом платье почти обнаженной.

Черт бы побрал этого человека! Если б хоть он не был так дьявольски красив!

Он, наконец, заговорил, негромко, но твердо:

— Вы абсолютно правы в том, что касается предварительного изучения теории на берегу. Бесполезно тренировать, пока не объяснишь, что, как и почему. Однако не менее важна способность инстинктивно реагировать на, скажем, внезапную перемену ветра. Этого можно достичь лишь постоянной практикой. А лучший вид такой практики — гонки, как можно больше гонок. Напряженное стремление добиться успеха обостряет все реакции и, в конце концов, вырабатывает инстинктивное чувство, позволяющее ориентироваться в любой ситуации. Непрерывные состязания — вот лучший учитель.

Николь воспринимала его логику. Только она терпеть не могла, когда ей читали лекции.

— Я бы сказала, что это циничная точка зрения.

— Циничная? Да нет, скорее это точка зрения практика. Такой подход использовался у нас много лет и дал отличные результаты, о чем, я думаю, вам уже известно. Так оно и должно оставаться.

— Отныне и во веки веков. Аминь.

Нет, этот человек просто невыносим. Командует и командует. Да какое он имеет право ее критиковать?

Он кинул на нее недовольный взгляд, но затем внезапно снова переменил тон. Теперь он заговорил мягко и терпеливо, как с упрямым ребенком:

— Послушайте, я ведь хочу облегчить вам жизнь.

Вы, может быть, считаете, что это просто очередная летняя работа. Но поверьте, очень скоро вы столкнетесь с немалыми трудностями. А мне бы не хотелось видеть ваше хорошенькое личико огорченным или недовольным. Вот как сейчас.

Николь поспешно попыталась принять безразличный вид. Он так ловко подсластил критику комплиментом, что теперь она никак не могла ответить ему резкостью.

— На самом деле это лето может стать для вас исключительно приятным, если только вы настроитесь именно так.