Октавия подошла к двери. Джереми и Гейл стояли по разные стороны стойки. Они смотрят только друг на друга, отметила она. Ни одни из них ее не заметил. Она могла бы поклясться, что почувствовал вибрацию в воздухе.

Она тактично откашлялась. Оба чуть вздрогнули и удивленно повернулись к ней. Она чуть не рассмеялась. Можно подумать, что она пряталась в шкафу и внезапно выпрыгнула оттуда.

— Привет, Джереми, — сказала она. — Ты принес свои картины?

— Ты шутишь? Конечно, принес. — Он махнул рукой на деревянный ящик, прислоненный к стойке. — Две у меня с собой.

Гейл склонилась над стойкой. — Октавия говорила, что ты рисуешь. Давайте поглядим.

— У меня с собой лишь пара пейзажей. — Джереми начал открывать коробку. — Октавия считает, что здесь, в Эклипс-Бэй, их могут купить.

Он вытащил из коробки одну из картин и прислонил ее к стене шкафа. Гейл и Октавия вышли из-за стойки и уставились на нее.

Гейл среагировала тотчас же, в ее взволнованном голосе слышалось одобрение. — Эклипс-Арч на закате. Мне страшно нравится. Даже больше, я могу это продать. К концу недели ее уже не будет.

Джереми и Октавия обменялись изумленными взглядами.

— Вот что я тебе скажу, — сказал Джереми Гейл. — Если ты продашь эту мазню за неделю, я куплю тебе обед в Дримскейпе.

Гейл не сводила глаз с картины. — Заметано.

Он застал Бетти Стайлз, выходящей из «Парикмахерской Карлы». Бетти вышла из салона красоты с густым похожим на сахарную вату облаком розовых волос на голове. Прическа держалась таким количеством лака, что Ник был почти уверен, что она смогла бы выдержать и ядерный взрыв. На ней была кокетливая джинсовая юбочка с жилетом под стать ей поверх красной блузки.

В свои хорошо за семьдесят Бетти была вдовой. У нее было хобби вникать во все подробности местных сплетен, насколько было известно Нику.

— Добрый день, миссис Стайлз. — Он отошел от крыла своей машины и направился к ней. — Как поживаете?

— Да это же Ник Харт. Приятно снова тебя увидеть. Я слышала, что ты в городе на лето.

— Да, мэм.

— На днях видела твою новую книгу в Фултоне.

— Неужели? — Он не станет спрашивать, читала ли она ее, пообещал он себе.

— Я бы купила ее, потому что читаю очень много детективов и триллеров. Но когда я прочла аннотацию на обложке, там не было ничего про серийного убийцу.

— Наверное, потому что в этой книге его нет.

— Я читаю книги только о серийных убийцах.

— Понимаю, — ответил Ник.

— Кто бы мог подумать, что ты сделаешь такую успешную карьеру писателя? Знаешь, в тот день, когда я услышала, что ты ушел из «Харт Инвестментс», я сказала Эдит Ситон, что ты совершил большую ошибку. «Эдит, сказала я, — этот молодой человек собирается разрушить свою жизнь и разбить сердце своему деду».

— Удивительно, но мы оба выжили. Миссис Стайлз, я подумал, не могу ли я задать вам пару вопросов.

— Ты пытаешься отыскать пропавшую картину, так ведь? — Бетти вздохнула. — Конечно, ты можешь задать мне несколько вопросов, но если то, что я слышала правда, боюсь, что ты просто теряешь время.

— Почему же?

Она понизила голос. — Ну, дорогуша, всем известно, что самая подходящая подозреваемая — это Октавия Брайтуэлл.

— Забавно, что вы об этом упомянули, миссис Стайлз. Я слышал то же самое, и пытаюсь узнать, кто распускает эти слухи. Вот я и подумал, что вы могли бы сказать мне это.