— Спасибо. Я, правда, очень сожалею. Но мне нужно думать о положении Гордона. — Марджори как-то неуверенно взяла картину и обернулась обратно к Нику. — Удачи в твоем небольшом расследовании.

— Уверен, мы отыщем того, кто украл картину, — сказал он с поразительной уверенностью. — Мой список почти закончен.

— Да, здорово, очень надеюсь, что ты вскоре разрешишь эту ситуацию. — Марджори послала ему ослепительную улыбку. — Кстати, раз уж ты в городе этим летом, я пришлю тебе приглашение для Карсона на вечеринку по случаю дня рождения Кэти. Знаешь, Кэти в августе исполняется шесть.

— Я очень признателен, — сказал Ник, — но, пожалуй, лучше не стоит посылать мне приглашение. Уверен, ты понимаешь, мое сложное положение. Я не могу позволить Карсону идти на вечеринку, которую устраивают для ребенка, имя матери которого есть в моем списке. Я должен думать о положении Карсона в обществе, ну, ты понимаешь.

У Марджори отпала челюсть. Ужас и потрясение смешались на ее лице.

Октавии захотелось прикрыть лицо руками. Гейл рядом с ней даже не пыталась скрыть удовлетворенную ухмылку.

Марджори овладела собой с похвальной быстротой. — Как ты смеешь намекать на то, что я… что я в твоем списке.

— Не волнуйся об этом, Марджори, — сказал Ник. — Когда все закончится, уверен, все со временем забудут, кто был в списке, а кто нет.

— Из всех… — Марджори была вне себя от негодования. Не в силах говорить, она просто стояла не двигаясь, беспомощно уставясь на него.

— Знаешь, — продолжал Ник как ни в чем не бывало, — если ты захочешь помочь в расследовании, я буду очень тебе благодарен. По сути, вся моя семья была бы очень признательна за помощь. Учитывая твое положение в обществе, ты могла бы быть очень полезна.

Марджори несколько раз пошевелила губами, прежде чем смогла заговорить. — Ну, конечно, я с удовольствием помогла бы, правда, я не понимаю, что я могу сделать. Я же говорила тебе, я услышала историю от Бетти Стайлз.

— Я как можно скорее поговорю с Бетти, — заверил ее Ник. — Но поскольку ты предложила помощь, есть кое-что, что ты можешь сделать, чтобы помочь мне сократить мой список.

— Что же?

Ник взглянул на рисунок, который Марджори сжимала руками в кольцах. — Оставь рисунок Кэти здесь вместе с рисунками остальных. Это станет громким сигналом обществу о том, что ты не считаешь слухи правдивыми.

Марджори попалась в ловушку, и они все это знали. Она угрожающе посмотрела на Октавию, а затем положила рисунок на стойку и с искренней улыбкой повернулась к Нику. — Что же, если ты и правда думаешь, что это поможет…

— О, да, — сказал Ник. — Вне всяких сомнений. Как я уже сказал, я буду очень признателен.

— Насчет твоего списка, — деликатно напомнила Марджори.

— Совершенно ясно, что мне не придется вносить в него тебя, — сказал Ник.

Это, видимо, несколько подняло Марджори настроение. Она быстро направилась к двери. — Надеюсь, вам с Шоном не понадобится много времени, чтобы покончить с этим.

— Не понадобится, — подтвердил Ник.

Все молча наблюдали, как Марджори выскользнула из двери и зашагала по тротуару к стоянке.

Октавия оперлась обоими локтями о стойку, положила подбородок на руки и по очереди посмотрела на Гейл и Ника. — Не поймите меня превратно. Я тронута до глубины души. Но я не уверена, что заставить Марджори оставить рисунок Кэти здесь было умным шагом.