— Я возмущен вашим замечанием, — сказал Ник. — В дни нашей юности, мы с друзьями очень многому научились из этих журналов.

Она бросила на него лукавый взгляд. — Не думаю, что стану просить вас рассказать мне, чему именно.

— Изучение всех этих бумаг и журналов займет какое-то время, к несчастью. — Продолжила Аризона, игнорируя эту интерлюдию. — А мы уже и так заняты Проектом Вахтенного Журнала, не так ли, Фотон?

— Свет будущей истории покажет нам, как выполнить все, что должно быть сделано, в свое время, — сказала Фотон.

Он вышел из своей роли эксперта по недвижимости и вернулся в свою непостижимую безмятежность, заметил Ник.

Он посмотрел на Аризону. — Что за Проект Вахтенного Журнала?

— Мы с Фотоном побеседовали и решили, что единственный надежный способ убедиться, что никакая информация из моих дневников не будет уничтожена тайными агентами из Института, — это выложить ее в Интернет, — сказала Аризона.

— Я думал, что ты не доверяешь компьютерам, — сказал Ник.

— Я не люблю их, и это факт. Но нам надо двигаться в ногу со временем. Надо использовать технологии, если мы хотим опередить плохих парней. Герольды готовят Веб-сайт, и выводят туда данные из моих дневников и журналов, пока мы тут с вами разговариваем. Вообще-то все это не подлежит разглашению, но я уверена, что вы с Октавией будете держать рты на замке. А Вирджил тоже конечно будет молчать.

— Не скажу ни единой живой душе, — пообещал Вирджил.

— Болтун — находка для шпиона, — торжественно произнесла Октавия.

Аризона кивнула. — Чертовски верно.

— Ты вела все эти дневники и журналы годами, — сказал Ник. — У тебя, должно быть, их сотни.

— Герольды посменно работают над компьютером, который установили в моей Комнате для Военных Советов. Логистика никогда не была простой, скажу я вам. Да еще нужно как обычно приглядывать за булочной, пока мы выкладываем информацию в Интернет. Не хочу, чтобы кто-нибудь в Институте что-то пронюхал, прежде чем мы завершим Веб-сайт.

— Мы надеемся закончить Проект Вахтенного Журнала к концу лета, — сказал Фотон.

— А сейчас вам нужно рассортировать весь этот хлам вдобавок к разработке Веб-сайта и управлению булочной. — Ник покачал головой, поняв весь размах этой задачи. — Не завидую вам с этой работой. — Мы ее выполним, — заверила его Аризона, подходя к делу со своим привычным энергично-оптимистичным настроем. — Выбора нет. Будущее страны зависит от того, станут ли мои дневники доступными для встревоженных граждан этой нации. Интернет — единственный способ это сделать.

— Хмм, где картины, которые вы хотели, чтобы я посмотрела? — вежливо спросила Октавия.

— За тем рядом коробок, — сказал Вирджил.

Он повел ее, прокладывая тропу сквозь лабиринт картонных коробок и бумаг к дальнему концу гостиной. Ник и Октавия последовали за ним.

Четыре картины в старых деревянных рамах стояли у стены. В темноте Ник смог увидеть, что первые три были пейзажами. Четвертая выглядела так, словно на нее плеснули темной краской.

Вирджил включил лампу для чтения за кушеткой и направил луч света на картины. — Подозреваю, что они ничего не стоят, но мне бы хотелось услышать мнение эксперта, прежде чем сваливать их в кучу на распродаже домашнего имущества.

Ник следил за лицом Октавии, пока она изучала картины. На нем было то же выражение восторженного внимания, как когда она смотрела на рисунки Карсона.