Называл все своими именами, прибавляя красочные эпитеты. Если бы я не знал точно, что это Магда, то вполне мог принять запись за звуковое сопровождение какого-нибудь порношоу.

— Хватит? — спросил Стэн.

— Вполне, — ответил я.

Клекер едва сдерживал смех, а Макманис, как только завертелась пленка, отвернулся и разглядывал узоры на ковре.

— Ну как? — усмехнулся Стэн.

— Пока не вижу в этом ничего страшного, — заявил я. — Позволь мне напомнить твои же слова: «Этому парню уже давно следует поставить на ширинку счетчик».

— Джордж, тебе прекрасно известно определение взятки. Это плата в любом виде, обеспечивающая возможность влиять на действия чиновника.

Я чуть не рассмеялся ему в лицо.

— По моему, взятку получил именно Робби.

— Джордж, ты же знаешь, что эта дама в конкурсе красоты никогда не участвовала.

— А он не очень разборчив, — возразил я.

— Послушай, Джордж, можешь говорить, что хочешь, но председатель окружного суда Мойра Уинчелл ордер на установку «жучка» подписала без звука.

В этом я не сомневался. Конечно, судью Уинчелл, седовласую надменную леди, факт прелюбодеяния женщины-судьи с адвокатом должен был потрясти, но я не верил, что Сеннетт действительно собирается предъявлять Магде какие-то обвинения, и сказал ему об этом.

— Джордж, я не представляю, что делать. — Он подался вперед. — Твой парень нас дурачит, определенно. Трахает даму-судью, а потом заявляется к ней с иском, который, разумеется, она решает в его пользу. Этого, надеюсь, добавлять не следовало? Мне нужно выяснить, что еще он скрывает. В Вашингтоне об этом пока не знают. И тебе, конечно, понятно, что сворачивать операцию я не хочу. Хотелось бы провести этот эпизод как дополнительную информацию, полученную в ходе расследования, но такое маленькое па я могу позволить себе в этом танце лишь однажды. В следующий раз они просто заткнут нам рот и упрячут Робби в тюрьму на срок от сорока до пятидесяти двух месяцев. Вот так вот, Джордж. Он должен раскрыться полностью.

Я был озадачен. Меня не столько удивила связь Робби с судьей Магдой Меджик — за годы работы я уже привык к удивительным глупостям, на какие оказывались способны мои клиенты, — сколько странное поведение председателя окружного суда. Она могла возмущаться поведением Магды сколько угодно, но требования закона здесь однозначны. Для того чтобы дать разрешение на установку «жучка» в кабинете судьи, власти должны располагать достоверной информацией, что ее встреча с адвокатом Робби Фивором связана с коррупцией. Откуда же взялась эта информация? Я спросил об этом Стэна и сразу пожалел, увидев, как он самодовольно усмехнулся.

— Джордж, пусть это останется для тебя маленькой загадкой. Как в таких случаях действуют спецслужбы, не твое дело. Но вспомни наш первый разговор. Я тогда тебя предупредил, что нам будет известен каждый его шаг.

Господи! Я тихо застонал, когда до меня, наконец, дошло. Все очень просто — в кабинете Робби они тоже поставили «жучок». Когда я сказал об этом Сеннетту, он и бровью не повел. Подошел к шкафу с электронным оборудованием и принялся внимательно осматривать каждое устройство, как покупатель в магазине.

Я заявил, что это подло — договориться с человеком о сотрудничестве, а потом подставлять, даже если этого требуют сумасшедшие из ККСО. Но так прямо разговаривать со Стэном, видимо, не следовало, потому что агенты ФБР о наших личных отношениях ничего не знали. Он почувствовал необходимость как-то защитить свою позицию, тем более что Макманис по-прежнему не проронил ни слова. Судя по всему, происходящее ему не очень нравилось.

— Джордж, — произнес Стэн, — если ты без ума от Фивора, это твое дело.