— При данных обстоятельствах она в любом случае не имела права рассматривать ваши иски, — заметил я, хотя мне было ясно, что ее сгубило. Магда не могла отказаться от рассмотрения исков Фивора, потому что председатель окружного суда потребовала бы объяснений. А врать она не умела.

— И что, ее посадят? За то, что она трахнулась со мной?

— Наверное, нет, — ответил я.

На записи никаких разговоров о деле зафиксировано не было. Робби настаивал, будто при встречах им даже в голову не приходило упоминать какие-то иски. Я передал ему слова Сеннетта, что сейчас он обязан все выложить начистоту, абсолютно все о своих связях с судьями и другими должностными лицами. Что-либо скрывать в данной ситуации опасно.

— Мне нечего скрывать, — быстро проговорил Робби. — В самом деле.

— А Мортон? — спросил я.

Робби чуть не подпрыгнул. Очевидно, я его испугал или застал врасплох. Меня продолжало беспокоить, что когда-нибудь у нас с Сеннеттом состоится еще один откровенный разговор, такой, как сегодня. Но его предметом на сей раз будет Мортон, по уши погрязший в дерьме.

— Робби, — сказал я, — учтите, поезд уходит. Все, что можно рассказать о Мортоне, лучше выложить прямо сейчас.

— Он чист! — воскликнул Робби. — За ним ничего нет. Неужели вы мне не верите? — Он смотрел на меня глазами невинного младенца.

Зазвонил телефон. Говорил Лоренцо Кортар, частный детектив, которого я несколько лет назад защищал в суде. Его обвиняли в нарушении федерального закона о подслушивании телефонных разговоров. Лоренцо не повезло. Клиентка наняла его добыть доказательства неверности мужа. Он их добыл. Но муж оказался капитаном полиции и сделал все, чтобы упрятать его за решетку на шестнадцать месяцев. Когда Лоренцо выпустили, выяснилось, что дурная слава тоже слава. У него не было отбоя от заказов на специальную техническую экспертизу. Теперь он переквалифицировался: находил и удалял «жучки». Обычно его приглашали крупные корпорации, но частные лица, которые остерегались слежки со стороны супругов или деловых партнеров, не говоря уже о спецслужбах, тоже пользовались его услугами. Сейчас Лоренцо звонил из кабинета Робби, куда тот его впустил перед тем, как отправиться ко мне.

— Тут чисто, — сообщил он, — но у ФБР есть возможность включать и выключать подслушку дистанционно. Обследовать машину и дом?

Я повернулся к Робби.

— Нет, — ответил он, — оба раза я звонил Магде из кабинета. Совершенно точно.

Поблагодарив Лоренцо, я посмотрел в окно на городские огни, плывущие вниз по течению реки.

— А вдруг Сеннетт поставил подслушку в кабинете Магды не из-за вас? Например, капкан был приготовлен для кого-то другого?

Робби нашел мои предположения смехотворными.

— Магда — честный человек. Она ни разу в своей жизни не мошенничала. Даже не знает, что это такое.

— В таком случае зачем? — спросил я. — Зачем Стэну понадобилось ставить у нее «жучок»?

Робби спокойно смотрел на меня своими красивыми черными глазами. Возможно, он что-то и знал, но мне об этом ничего известно не было.

Макманис вкратце рассказал о встрече Фивора с Магдой Меджик и обо всем остальном. Сердце Ивон вздрогнуло, она испугалась, что он даст ей прослушать запись, но у Джима хватило такта этого не делать.