Я попросил Вадима и Наташу уделить мне время после закрытия и поделился с ними своими подозрениями. Мы сидели в помещении. Не обсуждать же такие вещи на улице.

Наташа восприняла мои слова всерьёз и призналась, что ей страшно. Она чувствовала вину перед Аней. Вадим разозлился и напомнил мне о нашем правиле: никогда об этом не вспоминать.

– Я один ничего не делал, – сказал я. – Я ни разу не сказал Ане грубого слова, и мстить мне не за что. Я вас хотел предупредить!

– Какой чистоплюй! – рычал на меня Вадим. – Мстить тебе не за что. А мне за что? Это был несчастный случай. Понятно? Я по-твоему хотел, чтобы она с крыши грохнулась? Знаешь что? Давай-ка вали отсюда!

Над дверью прозвенел колокольчик. Кто-то вошёл.

– Тихо! Это она! Она здесь! – зашептала Наташа с остекленевшими от ужаса глазами.

Мы с Вадимом оглянулись. Злата. Всё такая же красивая, но теперь, глядя на неё, я чувствовал лишь страх и отвращение.

– Мы закрыты, – сказал Вадим.

– А, понятно, – смущённо сказала девушка. – Я просто зашла… Честно говоря, надеялась увидеть вас. Мы в прошлый раз так приятно поболтали. У меня в этом городе мало знакомых.

Вадим и Наташа молчали. Я тоже не стал ничего говорить.

– Извините, что побеспокоила, – девушка взялась за ручку двери.

– Всё в порядке! – вдруг сказал Вадим дружелюбным тоном. – Ты заходи в рабочие часы. Посидим, поболтаем! У нас сейчас тут просто серьёзный разговор.

Злата обернулась и спросила:

– А можно воды?

– Да, конечно! Наташа, сходи на кухню, принеси девушке попить, – скомандовал Вадим.

Наташа выпучила глаза и еле заметно помотала головой. Хозяин заведения мягко толкнул её в плечо:

– Давай, сходи, чего ты? Человек хочет пить. Ну!

Наташа встала, выдавила из себя: «Сейчас принесу» и ушла.

– Ты иди за ней, она тебе нальёт, – сказал Вадим, и Злата последовала за Наташей.

– Ты чего делаешь?! – воскликнул я.

– Не ссы, я подстрахую! – ответил Вадим. – Сейчас узнаем, что эта Злата замышляет.

Хозяин заведения на цыпочках пошёл к двери кухни. И вдруг мы услышали визг. Это кричала Наташа. Вадим влетел в дверь кухни. Я услышал вопли и звуки ударов. На кухне падали кастрюли и звенели ножи. Потом всё стихло.

Я развернулся в сторону выхода. Вадим сказал мне валить, вот я и сваливаю!

Его голос остановил меня у самой двери. Он звал меня на помощь. Мысли судорожно рождались и умирали в голове: бежать или остаться. Резко развернувшись я влетел в кухню и увидел Злату на полу. Из её затылка торчал топор для рубки мяса!

У меня свело кишки. Наташа заливалась слезами. Вадим смотрел на меня виновато:

– Я тебе не верил, а ты был прав. Смотри!

Вадим перевернул мёртвое тело мыском ботинка. Край расстегнутого платья сполз на пол, обнажив белое тело. Я увидел длинную прорезь, пересекающую грудь и живот. Это не было раной. По краям прорези было что-то похожее на губы. Огромная вертикальная пасть через всё тело. Костя говорил правду.

– Помоги нам от неё избавиться, – сказал Вадим. – Мы её распилим. Неси скотч и мусорные мешки.

– Я не буду это делать! – у меня дрожал голос. – Не буду я никого пилить!

Вадим подошёл ко мне, схватил за воротник и, брызнув слюной мне в лицо, прошипел:

– Слушай ты, нахлебник! Это не человек, это какая-то адская тварь! И нам надо от неё избавиться! Если ты не поможешь, то я и тебя грохну. Мне всё равно сколько трупов пилить: один или два.