— Не напрягайся, — отказался я от гостиничных апартаментов. — Как только доберусь до машины — сразу уеду из этой грёбаной Западной Украины. Не понравилось мне ваше национальное гостеприимство.

— Как хочешь, — пожал плечами Олег. — Приказ Персикова. Номер в гостинице «Турист» на твое имя уже оплачен. Хочешь — уезжай, хочешь — нет. Мне до фени. Пойдём, провожу…

Мы вышли из здания и направились к въездным воротам. Я в последний раз окинул взглядом территорию, так замечательно меня приютившую в последние сутки, и, с превеликим удовольствием толкнув плечом одного из стоящих в узком проходе КПП боевиков, вышел наружу.

И сразу увидел Колесника. Он, вжавшись в водительское сиденье «Жигулей», дремал и даже не шелохнулся, когда я тихо открыл соседнюю дверцу и сел. Пришлось шлепнуть его ладонью по плечу. Колесник вздрогнул, широко, как пучеглазая жаба, открыл глаза, подпрыгнул и достал головой до крыши. Потом все-таки сообразил посмотреть направо.

— У-у, чёрт, напугал… — сказал он таким тоном, которым обычно поминают нечистого и сразу же крестятся. — Так и заикой можно остаться.

— Документы. — Я протянул руку.

Колесник непонимающе поморгал, вероятно, ещё не до конца проснувшись, затем понял, что от него требуется, и полез в карман.

Получив техпаспорт на «восьмёрку» и мой собственный, я коротко бросил: «Вылезай!» и первым вышел из машины, Мы поменялись местами, я повернул в замке зажигания ключ и завел мотор.

— Довезу тебя до города, если скажешь, как туда ехать.

— Э-э, да тебя что, в спальном мешке сюда везли, друг?! — рассмеялся он, но, заметив на моём лице выражение крайнего презрения к его драгоценной персоне, замолчал. — Сто тридцать километров до Львова, — он пожал плечами. — Прямо и налево. Долго налево. Там кругом указатели!

Когда мы выехали на шоссе, я попросил у него сигарету.

— Персиков снял на моё имя номер в «Туристе».

— Ну и что?

— Мне этот номер не нужен. — Я надавил на кнопку прикуривателя. До Колесника дошло через двадцать секунд.

— Слушай, так я могу?! Если тебе не надо, а всё равно оплачено! Возьму девочек, водки… — Он заискивающе посмотрел на меня. — Давай заедем, скажешь администратору, что я за тебя, а?

— Две минуты. Мне некогда.

— Конечно, конечно! Слушай, а может, и ты с нами?! Такой сейшен организуем — мама родная!

— У меня в этом городе уже был сейшен. Век не забуду…

Я предупредил администратора гостиницы, что Колесник вместо меня будет пьянствовать «в номерах» в течение ближайших суток, а сам, сделав только небольшой перерыв на посещение междугородного телефонного узла, развернул машину строго на север и помчал к границе с Белоруссией.

Рамоны всё равно не было дома. Придется нагрянуть сюрпризом. Мое, будто сошедшее с полотна обдолбанного художника, лицо произведет на неё неизгладимое впечатление.

За прошедшее с момента переворота время жизнь в стране здорово изменилась.