Чуть больше года назад в этом же доме, хотя и в другой семье и при совершенно иных обстоятельствах, произошла точно такая же нелепая смерть. И вот это повторилось. Хокинс, так тот вообще выглядел, словно ему завтра в могилу. И Чарли понимал его лучше, чем кто‑либо другой. В прошлом году Лок, не колеблясь, посоветовал скрыть то, что случилось в действительности. Оказалось, сделать это было не сложно. Даже ФБР осталось в неведении. Тогда все было яснее ясного – всех четверых, включая миссис Тревор, застрелил из ружья Рори Тревор. Точка. Но сегодня не было ни пальбы, ни злоумышленника с ножом, вообще никакого вмешательства. Придется придерживаться версии, которую он предложил Дэнни. С одной оговоркой. Миссис Шилдс все же порезалась обо что‑то, не сильно, но достаточно для того, чтобы пошла кровь. А остановить кровотечение Энн не могла, потому что потеряла сознание. Конечно, детали еще будут обговорены с Локом, но в целом не обойтись без такой, или примерно такой, версии. Мальчик ничего об этом не знает. Тем лучше. В его возрасте ребенок верит в безграничные возможности взрослого мира, в то, что конечно же дяди и тети не могут не знать, почему умерла его мама. Но в том‑то все и дело, что никто не найдет сколько‑нибудь правдоподобного объяснения смерти этой женщины.

Чарли вспомнилось, как она сидела перед ним в его кабинете и несколько высокомерно смотрела на него своими красивыми глазами. А теперь она мертва. И смерть ее кажется еще более ужасной из‑за того, что такая смерть просто невозможна. Эта женщина с шикарными ногами всего лишь труп, хотя… не совсем обычный. А ее сын предлагает ему кофе. Хорошая мысль, но заставлять ребенка возиться ради него с кофе… Только что он потерял мать. И пусть она была не самая лучшая мама на свете, все же…

– Нет, Дэнни. Спасибо. Лучше иди к себе. Тебе слишком много пришлось пережить, мальчик. А я обойдусь без кофе. Но все равно спасибо.

Лоулесс проводил его печальной улыбкой. Если только в городе узнают, ч т о на самом деле случилось с женой Алекса Тревора, а теперь и с миссис Шилдс, ситуация может выйти из‑под контроля. Шерифу больше всего хотелось поскорее замять это дело. Ну ладно, допустим, замнем, а дальше что? Ждать еще чего‑нибудь подобного? Как бы Чарли хотелось, чтобы больше ничего такого не случалось!

Между тем Дэнни Шилдс поднялся к себе в комнату, думая только об одном: когда приедет отец, надо как‑нибудь изловчиться и подслушать его разговор с мистером Лоулессом. А пока отец не вернулся, можно было подумать о другом. Теперь без всяких там комплексов он может (и должен) поговорить с Сидом. Дэнни даже удивился тому, что он сидит и планирует свои действия, как будто у него никогда и не было матери или, по крайней мере, она не умирала. Разве может малолетний мальчик так хладнокровно рассуждать, когда у него умерла мама? А Дэнни уже давно не плачет. Ему надо о многом подумать как следует, чтобы не пришлось плакать потом. Как же быть с Лилипутом? Именно эта тварь сейчас требует максимального внимания. Кто же он такой? Как он живет? И где? Таких вопросов целый океан, поглубже, чем какой‑то там Тихий и Атлантический. Лилипут был здесь, в его комнате. Дэнни видел его один‑единственный раз, и именно здесь, в своей спальне. Дэнни еще сам не осознавал до конца, какой план складывается у него в голове. Хотя что‑то начало проясняться. Но этим он займется позже. Сейчас же самое главное – дождаться отца и чтобы с ним все было хорошо, насколько это вообще возможно после смерти мамы. Со стороны Лилипута пока ничто никому не грозило. Дэнни был уверен в этом совершенно, хотя объяснить это словами не смог бы.