Сид поднял глаза на Дэнни. Конечно, увидеть Лилипута собственными глазами – вот лучшее доказательство. Но наткнуться поздно вечером (или ночью) на малюсенькую тварь, знающую английский язык… Сид внезапно припомнил, как Дэнни не так давно спрашивал его о самых низкорослых людях. А ведь это было еще до гибели миссис Шилдс, значит, смерть матери была тут ни при чем. Сид начинал склоняться к мысли, что его друг говорит правду.

– Сид! Чего ты молчишь? – Дэнни стал нервничать. Он решил уже, что сделал ошибку, рассказав обо всем Сиду. – Если ты не веришь, то так и скажи.

– Дэнни! – Сид встал с кровати и подошел к окну. – Я тебя понимаю – ты сам думал, что этого не может быть, но ты… видел. И слышал. Никто бы тебе не поверил! И не поверит. Но я… тебе верю! – Он повернулся к другу.

Дэнни подошел к нему, обнял и… разрыдался. Через пять минут, успокоившись, он спросил:

– Сид, ты действительно мне веришь?

– Да.

– Просто я сам себе иногда не верю. Иногда не верю. Может, я спал? Ведь как Лилипут убил мать? Ни раны, ничего. Как он ее убил? Если бы не то, что рассказал мистер Лоулесс про миссис Тревор, я подумал бы, что схожу с ума.

– Я тебе верю! – повторил Сид.

– Сид! Я уверен, это Лилипут убил мою маму.

– Что ты предлагаешь? – Сид вдруг понял, что, поведав ему обо всем увиденном, Дэнни преследовал еще какую‑то цель. В самом деле, ну поверил ему Сид, а дальше‑то что? Он чувствовал, что должно последовать какое‑то продолжение, – Ведь у тебя еще что‑то на уме.

– Понимаешь, я уже несколько дней размышляю. Год назад умерла миссис Тревор. Теперь моя мама. Вдруг это не все? Я не уверен, конечно, но мы по‑прежнему живем в этом доме. К нам приехала тетя Берта. И я уверен, Лилипут по‑прежнему у нас в доме!

Сид на минуту представил себя на месте Дэнни – как он засыпает в своей комнате, зная, что где‑то поблизости копошится Лилипут, который в любую минуту может появиться и заверещать своим мерзким голоском.

– Может, он уходит из дому? И редко появляется? – спросил Сид.

Немного подумав, Дэнни возразил:

– Как он может выходить, если двери и окна заперты? Он не откроет двери, он слишком маленький!

– Тогда как он вообще туда попал? И когда?

Эти новые вопросы совершенно сбили Дэнни с толку. Он догадывался, что, даже если он ответит на этот вопрос, за ним последуют все новые и новые – они обрушатся на него настоящей лавиной. Дэнни вдруг понял, что по‑настоящему не задумывался о сущности Лилипута. Он, без сомнения, был физическим существом. Дэнни видел его тень и слышал, как ножки несколько раз со слабым стуком ударились о стол. Но каким образом Лилипут появился в доме? Он, бесспорно, был виновен в смерти миссис Тревор. Но с того дня прошло больше года. Неужели целый год Лилипут проторчал в пустом доме? И еще одно обстоятельство казалось Дэнни немаловажным. Если Лилипут – живое существо, то он должен чем‑то питаться. А что он ест? Когда‑то пропал здоровенный кусок вишневого пирога, из‑за которого на Дэнни набросилась мать. Мальчик не сомневался: пирог стащил Лилипут. Может, он и не съел пирог за один раз, а спрятал его куда‑нибудь, и этого ему хватило надолго. Но вроде бы ничего больше у них в доме не пропадало. Может, он доедает крошки? Ему бы этого могло хватить. И опять неувязка: у них в семье было заведено всегда плотно закрывать кухонную дверь. Как такой крохотный человечек мог открыть дверь? Неужели ее ему открывал труп дочери Тревора? Дэнни чувствовал, что увязнет в трясине новых вопросов, стоит ему задуматься о природе Лилипута. Ясно одно: уже год назад в их доме жил Лилипут. Что он делал, пока дом пустовал, – неизвестно. Но теперь он снова проявил себя – мамы больше нет.