Постепенно пусть вспомнится прошлое,

     И рассказы былые, став отныне

     Вдвое - втрое! - былыми,

     Пусть поведают нам

     О цветах, что в дни детства ушедшего

     Мы срывали с иным, неясным чувством -

     Ведь иными глазами

     Мы смотрели на мир.

     И как те, кто чулки тихо штопает,

     У огня подле лар с тобою сядем,

     Станем, Лидия, штопать

     Канувшее навек,

     Беспокойством томимы, что с отдыхом

     К нам приходит, когда представишь, будто

     Мы с тобою - былые,

     А вокруг только ночь.

     Здесь, Неера, вдали

     От людей и селений,

     Где никто не встает

     На пути, где дома

     Кругозор нам не застят,

     Будем в мыслях свободны.

     Знаю, о светлокудрая,

     Плоть - лишь путы для жизни,

     И рукой не достичь,

     Что душой достигаем;

     Знаю: даже и здесь

     Точно так же ветшает

     Плоть, что должно оставить

     У порога Аида.

     Но зато, кроме жизни,

     Нас ничто здесь не держит,

     Чьи-то руки чужие

     За руку не хватают,

     И чужих нет следов

     Здесь на нашей тропинке.

     Мы свой плен ощущаем,

     Только вспомнив о плене, -

     Так забудем о нем

     И решимся поверить

     Нашей тайной свободе,

     Ибо, хоть она мнима,

     С ней мы равны богам.

     Трепещет огонек

     Ночной лампады,

     Меняя облик дома.

     Но боги порешили:

     Для всех, кто верит в них,

     Не дрогнет никогда

     В лампаде жизни пламя,

     Дабы не исказить

     Текучий облик мира;

     Для них нетленно-чистым,

     Как драгоценный камень,

     Извечно совершенный

     В спокойствии бесстрастном,

     Прекрасное пребудет.

     Вы, что верите в Христа и Марию,

     В роднике моем вы воду мутите,

     Чтоб сказать: существуют

     В мире воды и чище,

     Что поят луга, где сладостней время,

     И узнать хотите, сего ли мира

     И насколько мне в радость

     Мой родник и лужайка.