|
Боги так скупо нас дарят, и, знаю, обманны Эти даянья, но все же они - как награда Подлинная. Принимаю, Даже не глядя, их дар. Чего же еще мне желать?
Голубою грядою горы встали, Между ними и мною поле тянется И, под ветром волнуясь, видится мне То зеленым, то золотистым. Меня, слабого, словно стебель мака, Подкрепляет мгновение. Все отринул я. На весах бытия так мало весят Размышленья и колебанья. Переменчивый, словно поле, полностью От себя отделясь, я - стебель слабый, Блудный отпрыск Тьмы и Хаоса - праздно Предаюсь канулам жизни.
Тишайший ветер по полям пустынным Неслышно пробегает. От робости, наверно, не от ветра Едва дрожат травинки. И облака медлительною цепью Плывут в высоком небе Лишь оттого, что шар земной, вращаясь, Меня от них уносит. Здесь, в тишине, в спокойствии бескрайнем, Навек отрину память, Чтоб не пришла ко мне незваной гостьей Тоска забытой жизни. И дней моих обманное теченье Мне снова будет в радость.
Так покоен закат сегодня, о Лидия, Что почудилось мне, будто жизнь наша замерла. Этот миг нам даруют, Верно, боги бессмертные,
Воздавая за то, что мы в осязаемой Отрешенности плоти веру в богов таим, И, даря нас наградой, Позволяют нам, Лидия,
Стать гостями на пиршестве безмятежности, У мгновенья узнать уменье бесценное, Как прожить жизнь без боли За мгновенье единое -
За мгновенье, в которое мы, отрешенные От печалей земных, впиваем утешную Олимпийскую радость Просветленными душами.
Только миг мы с тобою равны небожителям, Облекаясь покоем, ласковой ясностью, Безразличием полнясь Ко всему преходящему.
Как герой бережет венок триумфальный свой, Так и мы сохраним в морщинистой старости Эти блеклые лавры Незабвенного вечера,
Чтоб всегда пред очами было свидетельство, Что бессмертные боги, смертных, любили нас, Даровав нам мгновенье, Олимпийски блаженное. |
