– Пусть твои друзья не наводят пушку на мою жену.

Как же бесит.

– Она не твоя жена, – наконец-то говорит Тэун.

– И она сейчас сбежит, – встревает вдруг Юнсу.

Союль оборачивается, Тэун выглядывает у него из-за плеча, Юнсу высовывается следом. Харин, о которой они все немножечко подзабыли, пошатываясь, отступает от их троицы, широко распахнув глаза. Ярко-жёлтые, лисьи.

– Харин? – икает Тэун.

– Милая, – зовёт Союль.

Прищурившись, Харин переводит взгляд с одного на другого, а потом, как и предположил Юнсу, с шипением бежит от них прочь.

– Стой! – кричит Союль ей вслед, но замирает, когда она перемахивает через забор дома напротив и пропадает совсем. Четыре сияющих рыжих хвоста за её спиной напоследок мелькают в воздухе. – Проклятье. Это всё ты виноват.

– Пошёл ты… – бросает Тэун, хотя токкэби не уточнил, кого имеет в виду. Всё равно, пошёл он. Сейчас вообще не тот случай, когда нужно сваливать друг на друга вину и огрызаться – разумнее кинуться за Харин и не дать ей себе навредить. В таком состоянии она способна… Да на что угодно, наверное. Что может сделать сошедшая с ума от страха кумихо?

Например, убить кого-нибудь.

– Ты куда? – спрашивает Юнсу более испуганным, чем ему наверняка хотелось бы, голосом. Тэун, расчёсывая место укуса – удивительно, там и кожа срослась, и шрама не осталось даже! – решительно шагает в сторону дома, за забор которого перемахнула Харин.

– Иду искать её, – бросает Тэун через плечо и приваливается к ограде. Высокая, просто так не запрыгнуть. – Давай, Юнсу, подсоби.

– Я?

– А кто?

За спиной Тэуна раздаётся демонстративно тяжёлый вздох.

– Так ты её не найдёшь, если будешь по следу идти, как псина цепная, – говорит Союль.

– Вот уж кого спросить забыл! – тут же огрызается Тэун и оборачивается. – Между прочим, у меня отлично искать получается. Я лучший детектив округа, кочерыжка.

На лице Союля отражается удивление – или его подобие, – и он кривит пухлые губы, точно обиженный ребёнок в парке развлечений.

– Моя ненаглядная уже в Пхеньяне, если не дальше, – отвечает он, растягивая слова, будто малолетка тут Тэун. Технически это правда, должно быть. Сколько там токкэби лет; пару-тройку столетий, Джи говорил?

– А у меня её бусина, – отбрыкивается Тэун. – Она приведёт куда надо.

– Именно, – кивает Союль. – И поэтому ты едешь со мной. Едешь, а не бежишь, придурок ты недобитый. Послал же Тангун удачу такому идиоту…

Он отряхивает пиджак от пыли, осматривается по сторонам, хмурится. Чего он ждёт?

– Ну едешь, так едешь, – недоумённо ворчит Тэун. – Запрыгивай тогда в тачку, – и указывает на джип Юнсу.

– Эй! – сразу же возмущается тот. – Не повезу я больше этого монстра.

– Юнсу.

– Он меня убить хотел!

– Да, меня тоже, – кивает Тэун. – Обычное дело.

Юнсу так не кажется, и Тэун, разумеется, понимает это, но сейчас препираться с другом не хочет совсем. Не могут они, что ли, оставить разногласия насчёт того, кто кого и когда пытался прикончить, на потом? Сперва надо отыскать Харин, пока она не натворила бед.

– Не поеду я с вами, – вздыхает Союль. – Хэги, Сэги! Живо сюда!

Буквально из воздуха по обе стороны от Союля появляются два высоченных человека в спортивных костюмах не по размеру. Оба тощие, бледные, со впалыми щеками и растрепанными волосами. Оба с одинаково виноватыми выражениями лиц. Один в зелёном, второй в красном. На рукавах обоих – побуревшие пятна крови.

Это точно не люди.