Это точно не люди.

Юнсу испуганно ойкает и, шатаясь, отходит к Тэуну. Они наблюдают за неизвестными, одинаково морщась.

«Что ещё за твари?..»

– Какого квисина я должен сам заниматься тем, что вам поручил? – спрашивает Союль, и с каждым словом, понижающим его голос, головы этих, кем бы они там ни были, вжимаются в плечи. – Что с ней стряслось?

– С ума сошла, – рапортует один, скалясь как безумный.

– Это я с вами с ума сойду, – рявкает Союль. Он поднимает руку, замахивается на парня, тот, не меняясь в лице, отскакивает в сторону. – Сэги, ты говори.

– А я чего? Она правда с ума сошла, Хэги не врёт.

Союль снова замахивается.

– Ещё одно такое слово о моей жене, и…

– Простите, хозяин.

– Да, прощения просим.

Юнсу пихает Тэуна в бок.

– Хозяин? – снова переспрашивает он едва слышно, но Хэги и Сэги дёргают головы в сторону Юнсу. Он прикидывается стеной.

– Не трогайте его, – цедит Союль. – Пока что.

– Знакомо пахнет, – говорит Хэги и облизывается.

– Да, ели такого, – добавляет Сэги.

Тэун делает шаг вперёд, оказываясь между Юнсу и этими двумя, как оказалось, людоедами. Союль дёргает губой.

– Они не тронут вас, детективы, – говорит он и добавляет с видимым неудовольствием: – Как ты и сказал, бусина у тебя. Она приведёт нас к Харин, а уже потом я с тобой разделаюсь. Или отдам вас с детективом Ли этим двум. Хэги, Сэги, подгоните машину. Господин Кван подскажет нам дорогу.

– Ага, – быстро-быстро кивает Хэги.

Тэун ловит из-за плеча насторожённый взгляд Юнсу. «Да ладно, – говорят его глаза, – у нас нет выбора». – «Неужели?» – возражает Юнсу всем своим видом, но не сопротивляется. Правильно, лучше смириться со всеобщим безумием, чем пытаться рационализировать хаос. Прежние установки не работают, происходящее не подчиняется логике.

«Расслабься и плыви по течению», – подсказывает пацан в одном наушнике.

«Хороший девиз», – думает Тэун, шаря по песку взглядом. Второй эйрпод обнаруживается в клочке подожжённой травы. Когда Тэун выпрямляется, Хэги уже нет рядом. Зато его напарник стоит на месте, обводит всех присутствующих бегающими глазами и вдруг спрашивает:

– А что с трупом делать будем?

Тэун, Союль и Юнсу замирают одновременно.

– Каким трупом? – переспрашивают все трое.

Сэги молчит.

– Что за труп? – уточняет Тэун громче.

«Этот бешеный, может, глухой?»

– Он не ответит, пока его брат не заговорит, – со вздохом информирует всех Союль и чешет за ухом несвойственным его образу жестом. – Кто меня дёрнул взять на службу таких отмороженных…

– Эй, – тянет вдруг Юнсу и принюхивается. – Чувствуете? Гарью пахнет.

В самом деле воняет. Гнилое мясо горит, что ли?..

* * *

Тэун, Юнсу и Хан Союль выглядят одинаково изнурёнными от потрясений, настигших их одно за другим. И смотрят на горелый труп какого-то парня. Союль ругается сквозь зубы, достаёт телефон и набирает кому-то короткое сообщение.

– Придётся немного подкорректировать наши планы, – говорит он и поднимает глаза к Хэги и Сэги. – Ну, кто это?

– Он на лисицу напал, – сообщает Хэги радостно.

– А до этого сидел в доме, сморщенный, – поддакивает Сэги. То, что говорят они только по очереди, жутко раздражает. В самом деле, где Хан Союль подобрал таких экземпляров?..

– Сушеный, – поправляет Хэги.