– Понятия не имею, – отзывается Джи и поворачивает на нужную им улицу. – Его иногда так и зовут – пиби. Тебе повезло, что у этого ённо нет птичьего лица или рогов.

– И такие бывают?

– Некоторые путают ённо с имуги, – кивает Джи.

Тэун стонет в голос.

– У вас и имуги водятся?!

Джи вдруг усмехается.

– Один есть, красавчик. Ты удивишься, если узнаешь, кто это.

– Оставим это на другой раз, – останавливает его Тэун. Машина замирает в тупике, Джи поворачивается к Тэуну всем телом.

– Ну, куда дальше?

«В мусорном пакете», – отвечает пацан. Тэун выпрыгивает из тачки и ищет у кирпичной стены в два своих роста нужный мешок. Джи вылезает следом, тоже осматривается.

– Пацан сказал искать в мусоре, – объясняет Тэун и, заметив неприметный чёрный пакет, идёт к нему. – Отвлеки пока ённо, я найду что-то и…

Визг квемуля перекрывает гудящий мотор машины и испуганное шипение Джи. Тэун разрывает пакет, ему в руки вываливаются остатки еды: яблочные огрызки, стухший кимчи, туалетная бумага. Пальцы натыкаются на кухонный нож, весь в засохшем соусе.

– Нашёл! – вскрикивает Тэун, тут же спохватывается и охает, прикусывая язык. Орать в спальном районе в такое время нельзя, да только ённо верещит похлеще всех сигнализаций разом, и Джи орёт не своим голосом:

– Что бы ты ни задумал, самое время это сделать!

Он отпихивает ённо, и, хотя квемуль ростом с половину Джи, силы у них почти равны. Они возятся, Джи упирается руками ему в тело, согнувшись почти до земли. Тэун в два прыжка оказывается рядом и, оттолкнув Джи, со всей дури вонзает нож в голову чудовища.

– Пииииибиииииии!.. – визжит тот и с тихим хлопком утекает в асфальт, оставляя после себя мокрую лужу. Вскоре и та высыхает. Кухонный нож лежит у ног Тэуна, лезвие блестит в фонарном свете.

Джи витиевато ругается. Тэун, тяжело дыша, каким-то задним умом отмечает красноречие своего неожиданного напарника. Разве можно запихать метлу в такое место?..

– Дела-а, – выдаёт напоследок Джи и смахивает чёлку со лба. Он запыхался больше Тэуна, но даже не вспотел, а вот Тэун утирает лицо тыльной стороной руки и шумно выдыхает.

– Интересный получается вечер, – замечает Тэун. Джи хмыкает.

– У меня такой чуть ли не каждую неделю.

– Да?

Джи смотрит на Тэуна, склонив голову.

– Я дружу с Харин.

Остаётся только согласиться.

* * *

– В маркет не пойдём, – говорит Джи, как только они возвращаются на парковку и оставляют красный «авентадор» на прежнем месте. – Есть хочешь?

В животе Тэуна призывно бурчит, и Джи, снова хмыкнув, ведёт его в ресторан, где подают пиццу и американское пиво. Странно, что в такое позднее время он ещё принимает посетителей, но и район, где живёт Харин, достаточно престижный. Видимо, заведения здесь открыты двадцать четыре часа в сутки, чтобы кормить таких запоздалых гостей, как Джи и Тэун.

Здесь темновато, стены подсвечены красным и жёлтым, на одной из них ярко мигает вывеска с английским названием. Помещение небольшое, и от дверей по всему залу тянет сквозняк, так что Джи, осмотревшись, выбирает столик в дальнем углу, между высоким тропическим растением и широким окном на тёмную улицу.

– Рассказывай, – велит Джи после того, как они делают заказ – две пиццы и две бутылки пива.

Тэун пристраивает свой рюкзак на диван рядом с собой и теперь смотрит на собеседника с некоторым подозрением. Раз он друг Харин, то тоже, видимо, не из смертных. Приглядевшись, Тэун понимает, что даже в обычном с виду лице Джи проступает что-то нечеловеческое. У него острые скулы, которые он замазывает косметикой – не ради ли маскировки? Может, у него на самом деле чешуя на скулах или шерсть, которую он сбривает, или…

– Насмотрелся? – спрашивает вдруг Джи, и Тэун моргает.