– Надо же, – перебивает его Хан Союль и выпрямляется в своём кресле. – А вы похожи, теперь я вижу.

Юнсу совсем теряется.

– Вы знали отца?

Прежде чем ответить, Хан Союль хмыкает.

– Ну, не я. Мой отец знал, пересекались как-то. Ну и я его видел пару раз, может.

– Отец не рассказывал, что знаком с наследником конгломерата, – недоверчиво хмурится Юнсу.

– Это случайность, не берите в голову, – отвечает ему Хан Союль.

Ну и лгун. Тут уже не выдерживает Тэун и усмехается вслед за Союлем, громко и демонстративно. Тот меняет выражение лица и теперь обращает своё внимание на Тэуна.

– И детектив… – тянет он, лениво указывая на Тэуна пальцем.

Молчание между ними натягивается как струна. «Молчи, дядя».

– Кван, – сквозь зубы нехотя выговаривает Тэун. – Кван Тэун, детектив второго ранга столичного…

– Да, я понял. Вы действуете не по протоколу, детектив Кван. Не представляетесь сразу же, – поясняет Союль в ответ на хмурый взгляд Тэуна.

«Я предупреждал, а ты не послушал», – говорит пацан сердито. Что-то новенькое: теперь и мелкий дух отчитывает Тэуна.

В желудке пульсирует треклятое чувство, которому нет названия, и Тэун не может связать его ни со страхом, ни с напряжением. Это что-то другое, что-то, что возникает в его теле всякий раз, когда Тэун сталкивается с неприятностями. Прямо сейчас он с головой в них нырнул.

– Решил, что вы и так моё имя знаете, – не остаётся в долгу Тэун. – Вы ведь нас ждали, ваш вышибала пропустил нас без особых вопросов.

Хан Союль кривит губы в неприятной, наглой улыбке, какую можно видеть на лицах людей, не ограниченных ни властью, ни законами. В мире квемулей, должно быть, этот нахальный тип тоже занимает высокое положение, раз его побаивается Джи, а Харин поминает недобрым словом.

– Моя семья достаточно влиятельная, – отвечает Хан Союль, – и потому я о многом осведомлён, детектив.

– Семья? – щурится Тэун. – Или конкретно вы?

Хан Союль скалится, окончательно снимая с себя маску человека. Теперь, если знать, с кем столкнулся, сомнений не остаётся: перед Тэуном и Юнсу сидит монстр в человеческом облике.

– Вы тоже кое-что знаете, детектив Кван Тэун, – имя Тэуна он выделяет с особым вниманием. Сидящий рядом с Тэуном Юнсу заметно напрягается, но пока не может понять, о чём идёт речь.

– Тэун? – шепчет он.

– Мы пришли просто поговорить, – с нажимом проговаривает Тэун. – Хотим узнать, не было ли у вашего бухгалтера врагов, которые могли разделаться с ним столь жестоким образом? Коллекторы?

– У моего бухгалтера? – усмехается Хан Союль. – Прошу вас, мой бухгалтер владеет почти всеми моими финансами, какие коллекторы? Скорее, это он будет тем, кто посылает за должниками.

– Был, – поправляет его Юнсу. Хан Союль щёлкает языком. Интересно, у токкэби язык двоится? Или, может, рога есть?

– Точно. Был. К моему большому сожалению.

– И вы не знаете, кто мог бы ему поспособствовать в переходе в мир иной?

Хан Союль отмечает, какие слова подбирает Тэун, и с некоторым внезапным удовольствием хмыкает.

– Нет, не в курсе. Но выясню это, будьте уверены.

– Тогда, – встревает Юнсу, который обычно может похвастаться ангельским терпением, – не подскажете, есть ли у Гу Кешина родственники, с которыми мы могли бы связаться? Мама, папа? Братья, сёстры? Друзья со школы?

– Не могу с этим помочь, детектив Ли, – то, как он произносит фамилию Юнсу, Тэуну тоже не нравится. – Мой бухгалтер немногословен, но исполнителен. Был.