Пока тот ходит, я укладываю мысли в кучу. И таком состоянии ситуация поворачивается другим боком.

— Что думаешь, СтаршОй? — спрашивает Михалыч, — всем «в ружьё» становиться и ждать нападения?

— Погоди, — говорю, — вы точно уверены, что это железо?

Тохич решительно кивает головой.

— Там место чуть выше, чем остальные болота, — поясняет он, — я сразу думал, что надо пробы грунта брать. На таких местах может быть выход руды к самой поверхности. А потом Малой команду дал, и мы залегли.

— Я людей заметил, — подхватывает Малой, — и дальше мы уже ползком подбирались. Сначала подумал, землянка у них там. А Тохич подсказал, что так рудник выглядит.

— Сколько их было? — уточняю.

— Двоих видели, — Малой отвечает сразу, видимо, догадывался, о чём спрашивать буду.

Моя беседа с ним после разведки «кабанятников», пошла ему впрок. К новому докладу парень подготовился.

Из его слов выходило, что у рудника крутилось два мужика. Работали по очереди. Один лез под землю, другой стоял «на стрёме» с луком. По словам Малого, лук у мужика был попроще, чем лонг-боу Майора. Или из коробки, или самодельный.

Ещё на бедре висела дубинка, явно обитая железом. Такой приложить, мало не покажется. Потом рудокопы поменялись. Охранник полез внутрь, а первый встал снаружи с луком.

Парни понаблюдали за ними ещё с полчаса, ничего интересного не увидели. Отползли назад на пузе и со всех ног пустились в посёлок.

— Где это случилось, — прошу показать на карте.

Малой тычет в точку ниже по течению реки. Значительно дальше, чем они заходили вчера. Тохич поправляет его, указывая на место, чуть в стороне от берега.

Я киваю, ещё сильнее укрепляясь в своём мнении.

— Надо было дождаться, когда они уйдут, — сердится Михалыч, — чтобы точно убедиться, есть железо или нет.

— А что, по-твоему, они там добывают? — спорит Малой.

— Да что угодно, — ворчит прораб, — может, пиявок копают лечебных. Болото же.

— Правильно сделали, что не полезли, — поддерживаю разведчиков. — А вдруг у тех следопыт есть? Назавтра увидели бы следы присутствия, и были бы настороже.

— И какая разница?

— Большая, — говорю, — с чего вы вообще решили, что это «кабанятники»?

— А кто ж ещё? — удивляется Малой.

— Ты видел и тех и других, — продолжаю, — оружие у них похоже?

— Нет, — задумывается парень, — у тех пращи были и копья с тесаками, а у этих лук и дубинка.

— Вот, — говорю, — и те, судя по твоим словам, были воинами профессиональными. Неужели они вот так свой рудник бы без охраны бросили? Разный уровень развития, оружие, поведение. О чём это говорит?

— Это третья сторона, — раньше всех соображает Тохич.

Из этого парня определённо будет толк.

— Вот смотрите, — показываю я на карте, — «кабанятников» мы видели здесь. И это был не постоянный лагерь, а разведывательный отряд.