Ее серые глаза стали огромными.

– Он так не играет!

Кем беспомощно развела руками и снова заметила снег в волосах подруги.

– Иди к огню, – приказала она, радуясь тому, что хоть эту проблему можно легко решить. – Сейчас я принесу тебе горячего чаю с виски. Тебе повезет, если ты не подхватишь просто чудовищную простуду!

Мири слабо улыбнулась и направилась к гостиной.

Она двигалась с бесшумной грацией, которая могла бы поспорить с изяществом движений самого Кори. Кем секунду наблюдала за ней, а потом направилась на кухню.

Руки Кори тяжело опустились на клавиши, завершив бездушно-безупречную мелодию диссонансом. Хакан с облегчением прижал струны ладонью и поднял голову.

Его друг смотрел на дверь, и лицо его ничего не выражало. Хакан обернулся туда же.

Мири стояла в центре двустворчатой двери, не видя ничего, кроме сидевшего за роялем мужчины. Она не двигалась долгие секунды, а потом вдруг шевельнулась, перевела взгляд и тепло улыбнулась.

– Хакан! – Она прошла к нему, приветственно протягивая свои хрупкие руки. – Я не успела поблагодарить тебя за помощь. Храбрый ты был. Очень друг. – Она вложила свои руки в его ладони и наклонилась, чтобы поцеловать его в щеку. – Спасибо, – снова поблагодарила она его и выпрямилась.

А потом она наклонила голову, и ее улыбка погасла.

– Хакан, я пришла повидать Кори. Поговорить нам нужно. Это твой дом, и мне жаль… беспокоить? Эта комната, другая? Чтобы дверь закрывалась? Ты можешь нам одолжить?

– Эта комната, – ответил он ей. – Никакого беспокойства. Для того друзья и существуют. – Он близоруко прищурился и убедился в том, что обернутая вокруг ее головы коса действительно вся промокла. – Только нам надо бы тебя высушить. Иначе получишь воспаление легких или еще что.

– Кем несет чай, а огонь здесь хороший. Я скоро сухая. Еще раз спасибо, Хакан. Ты – хороший друг.

Это было недвусмысленным приглашением уйти. Хакан встал и, неся в руке гитару, направился к двери. Проходя мимо рояля, он улыбнулся Кори, но тот, похоже, этого не заметил. В дверях он чуть не налетел на Кем.

Она поставила на низкий столик у огня большую кружку.

– Сейчас же выпей все до капли! – строго велела она Мири. – Не годится, чтобы ты заболела.

Повернувшись, Кем вышла из гостиной, плотно закрыв за собой обе створки двери.

Вал Кон развернулся на табурете и теперь сидел спиной к роялю.

– Привет, Мири.

– Привет.

Она подошла и остановилась перед ним, с ужасом отметив бесстрастность его лица. Теперь она застыла уже не только от холода.

– Я тебя сильно не задержу, – решительно проговорила она. – Я просто хотела услышать, как ты это скажешь, ладно? Чтобы я знала.

Он опасливо посмотрел на нее:

– Скажу это?

– Ага, – резко подтвердила она. – Скажи это. Думаю, все и так достаточно понятно: ты отправил меня со старухами, а потом – молчание. Немного удивилась – думала, это не в твоем стиле. Думала, ты скажешь мне прямо. Что-нибудь типа: «Мири, уходи». – Она перевела дыхание, не отрывая взгляда от его лица. – И я пришла, чтобы это услышать.

Смятение было отмечено и подавлено. Вспыхнул Контур, показав, что с удалением женщины из уравнения ВВЗ достигает приблизительно 0,96. Его губы приоткрылись. Они оказались сухими, и он их облизнул.

Мири приблизилась еще на шаг. Ее руки были демонстративно на виду, поза подчеркнуто неагрессивна.

– Это ведь очень просто, – тихо сказала она. – Вот так: «Мири, уходи». – Наступило короткое молчание, а потом она чуть подалась вперед, не отпуская его взгляда.