– Надеюсь, это близко к истине. – Мири нахмурилась. – Ты завяз в этой… а, дьявол!.. в этой управляющей программе, которую тебе навязали в шпионской школе, и она не дает тебе отыскать средство, чтобы из нее выбраться. Картина дрянная: ты не спишь, все сильнее нервничаешь, растерян… Программа предпочла бы, чтобы ты погиб, но больше ее не отключал, босс. – Опять наступило молчание. – Ты уже один раз перехитрил ее твоей Л-апелекой. А в последнее время не пробовал?

– Здесь нет места…

– Место мы тебе найдем. – Она задумчиво покусала губу. – Ладно, вот что: ложись на ковер у огня, пройдись по «Радуге» и зайди к себе в комнату. Когда ты туда попадешь, то сможешь отдохнуть, а я схожу и арендую для тебя местный спортивный зал.

– Нет…

Мири замерла, пристально глядя на него:

– Нет? А почему нет?

– Я… Сюда приходил капитан ополчения, чтобы поговорить со мной. Его отряд будет прочесывать перевал, и ему нужна была от меня любая информация, поскольку мы так недавно пришли оттуда. – Он помедлил. – Они найдут корабль, Мири. Он не настолько хорошо спрятан, чтобы его можно было не заметить, прочесывая местность. Мне надо пойти и отправить его.

– Это факт.

– Да.

И это было фактом, хоть он и не намеревался – не хотел о нем говорить.

– Когда ты собирался туда идти?

Она говорила почти небрежно, но пристальный взгляд ее выдал.

– Завтра, после рассвета. Одному человеку нетрудно опередить отряд. Я доберусь до корабля к полудню, отправлю его на орбиту и к вечеру уже буду с Хаканом.

– Проще простого, – согласилась она. – Только тебе не обязательно идти, босс. Л-апелека важнее. А я избавлюсь от корабля.

– Ты не пилот, Мири.

– А я разве называла себя пилотом? Заткнись и не мешай думать.

Ее размышления длились не больше дюжины ударов сердца.

Она нежно сжала его пальцы.

– Мне нужно немного подвигаться. Ты будешь в порядке?

– Я буду в порядке.

Став коленями на табурет рояля, она около минуты что-то сосредоточенно чертила, а потом выпрямилась и указала на результат своих трудов:

– Вот как выглядел пульт, когда мы уходили. А теперь покажи мне, как он должен выглядеть для взлета.

Он встал на колени, ощущая тепло ее тела, словно горящий рядом факел, и рассмотрел ее рисунок.

Изображение оказалось абсолютно точным. Нарисовав под ним черту, он изобразил нужные приборы и то, как их следует включить, чтобы пошла энергия и можно было начать взлет.

Мири изучила его рисунок, чуть сдвинув брови, а потом коротко кивнула:

– Будет сделано. – Смяв рисунок в комок, она бросила его в огонь. – Об этом ты позаботился. А теперь ложись и закрывай глаза.

– Нет.

– Ну а теперь в чем дело?

– Мири… – Признание пришло, как прорвавшаяся плотина. Он вдруг сел на вытертый ковер, и ее лицо расплылось в заслезившихся глазах. – На корабле Точильщика, когда я получил… ты назвала это «боевым шоком»… но я завяз в «Радуге». Мне очень нужно было расслабиться, и я ухватился за самый верный способ… самый надежный способ. Это – прием разведчиков, Мири, клянусь тебе! Я открылся – и та, другая… программа эффективности использования оружия… меня поймала… Безопасности не существует: они этому учат. И это правда – единственная правда, из всего, что они говорят. Мири, я не смею…

Она подалась к нему, обхватив обеими руками. Ему следовало бы вырваться, но вместо этого он наклонил голову, уткнулся лицом в мягкую выемку у основания шеи и услышал, как она говорит.