Мири с глубоким вздохом улеглась на кровать. Вал Кон присел рядом на краешке. Глаза его улыбались.

– Хорошо провела время, шатрез?

– Чудесно. И эта штука будет еще неделю? Я так разбалуюсь, что уже не смогу работать!

Он смеялся. Она прищелкнула пальцами, села и запустила руку в глубокий карман.

– Чуть не забыла, босс. У меня… – Она замялась, неожиданно смутившись. – У меня для тебя подарок.

– Подарок? Интересно, а он не взорвется? Ты поэтому села так далеко от меня?

Она улыбнулась, придвинулась ближе, так что их бедра соприкоснулись, и вручила ему синюю бархатную коробочку.

Он повернул ее в своих изящных пальцах, нашел защелку и открыл крышечку. Пристально наблюдавшая за ним Мири увидела, как на его лице выражение радостного ожидания сменилось открытым восторгом.

– Джилиата, – пробормотал он, склоняясь над серебряным драконом на черной тесьме. – Я тебя приветствую. – Он поднял на нее горящие зеленые глаза. – Лизамиа кешок, шатрез.

Она улыбнулась и ответила на еще не обретшим беглость низком лиадийском:

– На здоровье, Вал Кон – муж. Мне радостно доставлять тебе радость.

Он рассмеялся и крепко ее обнял.

– Произнесено с солсинтрийским выговором! – Он протянул коробочку ей. – Ты его наденешь?

Она вынула подвеску из гнезда, расправила мягкую тесьму пальцами и надела ему на шею, закрепив сложную застежку.

– Вот так.

Он поднял голову, а потом выгнул бровь, заметив странное выражение ее лица.

– Что-то не так?

– Нет. – Она прикоснулась к его лицу, и ее пальцы порхнули по его щеке, лбу и губам. – Все так. – Она ухмыльнулась. – Я просто опьянела. Он пунша. И от ярмарки. Боги.

Наступило короткое молчание. Ее рука опустилась, и она немного отодвинулась, вспомнив вопрос, который встал перед ней утром.

– Мы теперь богатые, босс?

Он весело рассмеялся:

– Мы уже довольно давно богатые, ты и я. А сегодня нам просто дали сколько-то денег.

Теперь наступила ее очередь смеяться. Она нежно сжала его пальцы.

– Мы выбрались оттуда довольно поздно. Я все собиралась тебя спросить – тебе сказали о станции?

– О станции? – Он сдвинул брови. – Ветрового поезда?

– Не-а. О той, которую называют Королевским голосом. О радиостанции.

Он сощурил глаза:

– А! Вот оно что! А я решил, что Королевский голос – это что-то вроде Королевских глаз. Какой-нибудь представитель власти.

Мири покачала головой:

– Нет. Это передвижная радиостанция, с антенной, со всем, что нужно. Ездит по всей стране. Использует генератор с одного из поездов.

– Мне надо ее посмотреть. – Через картинку у себя в голове она ощутила почти что жажду. – Мне надо увидеть этот передатчик!

Она кивнула и снова засунула руку в карман юбки.

– Я так и решила, что ты захочешь. Вот: четыре пропуска, особое одолжение для героев. Пришлось долго уговаривать. Думала, Кем от меня отречется.

Вал Кон крепко ее обнял:

– Мири, Мири! Все идет как надо! Скоро мы уедем в Лаксако – город, где привыкли к летающим машинам и есть радиофабрики. Наверное, мы скоро отправимся домой – или хотя бы наладим связь.

– Обещай мне одну вещь, – серьезно попросила она.

Он чуть отстранился.

– Что я должен обещать?

– Что ты не утащишь нас в смог, пока ярмарка не закончится!

Он широко улыбнулся.