— Чарли. Чарли Бенедикт, адвокат. Он заверил меня, что все нормально. Пожалуйста!..

— Спасибо, Гриш. Николай просил передать тебе еще кое-что. Ну, насчет той женщины, которая пырнула тебя ножом.

— Скажи, пусть не беспокоится. Как только выйду отсюда, порву гадину на мелкие кусочки.

— Нет, нет, Гриша. Николай велел тебе к ней даже не приближаться. Ты должен забыть о ней, раз и навсегда.

— Что?!

Григорий забился в судорогах. Боль стала просто невыносимой.

— Скажи, что понял меня. Обещай, что забудешь о ней раз и навсегда.

— Пожалуйста… — взмолился Григорий.

— Говори!

— Ладно. Больше не трону ее. Никогда. А-а-а!

Петр отпустил руку Григория, и тот надавил на кнопку, и морфин начал заглушать боль. И через несколько секунд он забыл о женщине, о Петре, вообще обо всем, избавленный от невыносимых стараний, воспарил в блаженном покое над миром.

Перкович еще какое-то время смотрел на Карпинского, потом удрученно покачал головой. Этот Григорий — самый настоящий идиот, легко может стать игрушкой в любых руках. Петр понимал: он скоро забудет свое обещание. Что ж, придется, видно, напомнить ему еще раз. А пока что у него другая задача — поскорее сообщить Николаю о Чарльзе Бенедикте.

Глава 46

Дана удивилась, увидев, что вслед за Санторо в «Виннис» вошла Стефани Робб.

— Я рассказал Стеф, что нанял тебя, и о том, что ты узнала в Канзас-Сити — тоже, — сообщил ей Санторо. — Она, конечно, разозлилась, что я действовал у нее за спиной. Но потом согласилась, что нам необходимо всем троим объединить усилия.

— Должна довести до вашего сведения, — тут же вставила Робб, — я до сих пор считаю, что Хорас Блэр убил свою жену. Однако после того, что вы выяснили о Бенедикте, готова выслушать и ваше мнение.

— И еще я рассказал ей, что здесь отличная еда, — заметил Санторо, когда подошла официантка, и все они заказали гамбургеры, картофель фри и пиво.

— Я долго размышлял об этом деле, — начал Санторо, когда официантка ушла выполнять заказ, — и теперь убежден: Чарльз Бенедикт убил Кэрри Блэр и подставил ее мужа. Не знаю, по какой причине он убил Кэрри, но давайте допустим, что все-таки убил. Можем ли мы рассматривать вещдоки против Хораса в свете, уличающем Бенедикта?

Все молчали, и Санторо продолжил:

— Давайте начнем с ключей. С самого начала, с того дня, как мы проводили этот эксперимент с ключами в особняке Блэров, они не дают мне покоя. Ты помнишь, как выглядели эти ключи, Стеф?

Робб несколько растерялась.

— Как ключи, что ж еще.

— Правильно, и все же было в них нечто странное. Два ключа, найденные в могиле — тот, отдельный, и ключ на кольце Кэрри, — выглядели старыми. Они потерлись, потускнели, на них были царапины. А вот ключ, который мы взяли у Блэра, и так и не смогли им открыть входную дверь, походил на те ключи из могилы, но только был значительно новей.

— А какое это имеет значение? — спросила Робб.

— Помнишь Эрнста Бродского?

— Ясное дело.

— Помнишь, чем он зарабатывал на жизнь?

Робб поняла, даже побледнела немного.

— Мы с Даной просмотрели пленки с камер наблюдения, установленных в торговом центре «Вью Ривер». Во вторник утром на территорию центра заезжал «Порше», очень похожий на тот, который водила Кэрри Блэр. Весь номер я прочесть не смог, но два его знака совпали с номером машины Кэрри, и находились на том же месте, что и у нее.