Если б только они могли спросить Хораса Блэра, была ли у Бенедикта возможность завладеть ключом от его входной двери. Но никто не мог переговорить с Блэром, пока Чарльз Бенедикт является его адвокатом.

И тут вдруг Дану осенило. Она даже заулыбалась. Поразмыслила над этим еще немножко, и улыбка стала еще шире. Ведь, насколько ей было известно, она и Чарльз Бенедикт никогда не встречались, и он ничего не знал об оттоманском скипетре. Дана взглянула на часы над кухонной плитой. 4:47 на Восточном побережье, стало быть, на Западном на три часа меньше. Дане не терпелось приступить к делу, но она понимала: придется набраться терпения. Ведь Марти Дрейпер вряд ли захочет прочесть ей лекцию по азиатскому антиквариату, если она разбудит его в час сорок пять ночи. 

Часть III. Месть оттоманского скипетра

Глава 47

Санторо и Робб вышли из лифта и сразу увидели медицинский пост. Сестра, полная брюнетка, висела на телефоне, вслух считывая что-то с медицинской карты. Детективы показали ей свои удостоверения; женщина вскинула руку, призывая их подождать, и продолжила разговор.

— Чем могу помочь? — осведомилась она, наконец повесив трубку.

— Мы хотели бы переговорить с одним вашим пациентом.

— Имя пациента?

— Григорий Карпинский.

Медсестра стала просматривать белую табличку с номерами палат и именами пациентов, затем вдруг остановилась.

— Мистер Карпинский скончался прошлой ночью.

— Так он умер? — спросил Санторо.

Женщина кивнула.

— Отчего он умер?

— Я не знаю. Меня на дежурстве не было.

— А с кем можно поговорить?

— Доктор Рэптис дежурил. Сейчас узнаю, занят он или нет.

Санторо и Робб отошли от поста медсестры подальше, чтобы та не могла слышать, о чем они говорят.

— Ну, что думаешь по этому поводу? — спросила Робб.

— Не знаю, что и думать. Насколько мне известно, он был в тяжелом состоянии — колото-резаные раны в области паха, травма головы…

Не успела Робб ему ответить, как в приемную вошел молодой человек в белом халате. Невысокого роста, стройный, с длинными небрежно расчесанными черными волосами. На взгляд Санторо, было ему где-то под тридцать. Медсестра указала на детективов. Очки доктора съехали на кончик носа, он поправил их перед тем, как подойти.

— Приветствую, я Дейв Рэптис. Сестра Арлен сказала, вы хотели узнать о Григории Карпинском.

— Видите ли, он является — вернее, теперь уместней сказать «являлся» — важным свидетелем по делу, которое мы расследуем, — начал Санторо. — И мы пришли сюда в надежде поговорить с ним. Но медсестра говорит, он умер прошлой ночью.

— Да, это так. Скончался около трех часов ночи.

— Мистер Карпинский был вашим пациентом? — спросила Робб.

— Операцию ему делал доктор Сэмюэльс. А я осматривал несколько раз с момента поступления больницу.

— И его смерть была для вас неожиданностью? — спросила Робб.

— Вообще-то да.

— Почему? — спросил Санторо.

— Потому что умер он от сердечного приступа.

— Ну, и что в том удивительного? Мне говорили, что поступил он в очень тяжелом состоянии.

— Да, это верно.