Правда, ни один из пришедших на помощь вызывать полицию не захотел: почуяв, что запахло керосином, алкаши мгновенно покинули недавно гостеприимное местечко. На кухне оставалась только мать, безмятежно храпящая, полулёжа за столом.

Да и… Когда сердобольные соседи перенесли девочку на кровать в детской и топтались рядом, утешая рыдающих близнецов и вполголоса толкуя, вызывать ли полицию и скорую, Кира очнулась и прошептала:

– Пожалуйста… Не надо. Сама… отлежусь.

Зашуганные ею близнецы («Будете плохо себя вести – придут злые тётки, уведут вас в детдом!») со страхом смотрели на соседей.

Потолковав между собой: «Может, девочка и справится сама. А влезать в проблемы чужой семьи – себе дороже…», соседи разошлись. Кроме той, которая устраивала Киру на работу. Будучи медсестрой и понимая, что внутренние органы юной соседки после избиения могут быть повреждены, тётя Вера осторожно попыталась уговорить Киру вызвать таки скорую. Но девочка твёрдо, хоть и слабым голосом, отказалась.

Соседка, тётя Вера, жила одна: от инсульта скончался муж, двое взрослых детей давно жили собственной семейной жизнью, пусть и не забывая о матери. Может, будь всё иначе, тётя Вера не принимала бы такого горячего участия в детях из квартиры напротив. В любом случае, сейчас тётя Вера сумела профессионально обработать кровоподтёки Киры и дала ей слабенькое болеутоляющее. Мало того. На следующий день, вечером, поняв, что девочка с трудом двигается по квартире, но скорую она всё так же опасается вызывать из за опеки, соседка сама пошла в фитнес клуб, где объяснила руководству: вечерняя уборщица приболела, так что она готова на пару тройку дней подменить её.

Девочки спортсменки, никогда не разговаривавшие с Кирой, но уже привыкшие к ней и её восхищению, очень удивились, когда не увидели её один вечер, затем другой. На третий две из них не выдержали и поинтересовались у тёти Веры, почему не ходит Кира.

Шаги за спиной услышала издалека, но не оборачивалась, узнав на слух, кто идёт к ней. Ратмир присел рядом. Сначала зыркнул по сторонам, а потом спросил:

– Задумалась?

– Время есть, – напомнила она.

– И о чём, если не секрет.

– Ты, видимо, часто общался с соседкой – с Неллой, имею в виду. А вообще – с эльфами? Часто беседуешь?

– Ну, скажем так – часто, – согласился Ратмир.

– Знаешь, что такое в их устах «камень, брошенный в воду, даёт бесконечные круги»? – так и не глядя на него, спросила Кира.

– Слышал, – уже осторожнее ответил он. – И что? Ты не знаешь этого выражения? Или путаешь с нашим, земным?

– Знаю я, что это такое, – проворчала она. – Как ты думаешь, здесь значение этого выражения исполнится?

– Планета смешанного типа, – сказал Ратмир со вздохом. – Если была бы чисто эльфийская, круги бы пошли сразу. Но ответ на твой вопрос – да. Погибло слишком много эльфов. Можно надеяться, что расследование этого дела будет вестись активно. А почему ты вспомнила это выражение?

– Увидела на воде круги, – хмыкнула она. – Вспомнилось наше, потом эльфийское. Тебе… не кажется странным? Круги то расходятся, но не бесконечно. А у них…

– У эльфов это выражение философское.

– Знаю. Но основано то на реальном факте.

– Что это тебя на философию потянуло? – усмехнулся Ратмир.

– Всё равно делать нечего.

Он помедлил и кивнул.

– Ты загадочная. Недавно я думал, что ты хороший исполнитель. Но ты другая.

– Фи… – небрежно сказала девушка, еле удерживаясь от странного желания рассказать именно ему историю своего детства, связанную с эльфийским выражением.