Изменить размер шрифта - +
Ничего в этой жизни не меняется, по крайней мере, для Рябова. Стоит мне купить или снять квартиру для того, чтобы хоть изредка отдыхать, тут же рядом освобождается жилплощадь, в которой уверенно располагаются гвардейцы моего коммерческого директора. Рябов словно задался целью постоянно доказывать — для него нет ничего ценнее жизни генерального директора «Козерога».

Я мужественно ответил на долгий поцелуй подруги, сразу же поняв, что она успела побывать в торговом доме «Гермес». Этот дом, в отличие от других подобных лавок, торгует одеждой, пользующейся в городе особым спросом. Успех пришел не сразу, пусть «Гермес» и влепил над входом в свой магазин неоновую вывеску «Товары для народа», вывалив на свои прилавки аппаратуру, обувь и прочие пожитки, которыми сегодня только ленивые не торгуют. Чтобы как-то обойти конкурентов, буквально через месяц торговый дом решил специализироваться: место видеомагнитофонов и плащей занял садовый инвентарь, закупленный в Германии.

Однако наши любители покопаться на шести сотках земли давным-давно заимели этот садовый инвентарь благодаря тому, что на каждом предприятии никем не контролируемых лопат было великое множество. У «Гермеса» цены оказались до того высокими, что реши какой-то заводчанин-огородник приобрести все необходимое, так ему для начала свой участок продать нужно, затем доложить немного и с «Гермесом» рассчитаться. Тем более, что торговый дом вместе с граблями предлагал новоявленным фазендейро миниатюрные кондиционеры, оборудование для соляриев и прочий инвентарь, которым, с точки зрения нормального человека, необходимо оборудовать домики на природе.

Поняв, что необходимые для взрыхления земли инструменты садоводы давно-давно украли на родных предприятиях, а большего от жизни им ничего не нужно, «Гермес» тут же переключился на продажу спецодежды. И тут пришел успех; вот что значит творческий поиск в условиях максимально насыщенного рынка. Пусть такая спецодежда для нашего общества была в новинку, торговый дом пошел на риск и, в результате, выиграл.

«Гермес» начал торговать в основном женским бельем. И не просто бельем, а эротическим, как это подчеркивалось в бьющей по всему городу рекламе. И началось. Лавку тут же осадили мальчики предпенсионного возраста, и их, по всему вероятно, внучки сходу начали примерять на себя сразу по несколько комплектов.

Некоторые из этих ребят были слишком хорошими отцами своих семейств, хотя бы потому, что одновременно отоваривали по нескольку девочек. После того как в течение недели в торговом доме паслись какие-то одинокие дамы с долларовым блеском в глазах, коммерческий директор этого предприятия понял: номенклатура товаров у него не резиновая, хотя на прилавках пока еще есть изделия и из этого материала. Он выскочил в срочную зарубежную командировку, обеспечил свое предприятие товарами для народа действительно повышенного спроса.

В самом деле, к чему этот садовый инвентарь, если даже мой генеральный менеджер признавался: вид его подружек в спецодежде от фирмы «Гермес» заменяет ему два пуда грецких орехов на сытый желудок.

Я внимательно посмотрел на новое черное белье Снежаны и искренне порадовался, что на этот раз она ограничилась грацией, а не прикупила очередную плеть вместе с цепями.

— Какие у нас новости? — спросил я, сбросив пиджак и плечевую кобуру, придав себе домашний вид, как это сделала Снежана.

— А я двойку по физике получила, — * откровенно призналась она.

— Теперь мне ясно, отчего ты надела траур, — намекнул я на цвет грации и чулок, однако мои слова девушка приняла буквально и спросила:

— Тебе не нравится?

— Молодым девушкам больше идут другие цвета, подчеркивающие их невинность, — поясняю, одновременно наливая себе коньяк.

Быстрый переход