— Вот ты и попалась, Энджел. — Он рывком распахнул дверь, и я заорала, отшатнувшись в бок. Том потянул меня за ногу, в то время, как я тщетно попыталась выползти сквозь другую дверь. — Даже если ты будешь бегать вечно, я все равно заберу тебя, Энджел.

Ты получишь то, что заслужила.

— Заткнись! — рявкнула я, со всей силы влепив ему кулаком в нос. Мои кости в руке хрустнули. Я выбралась из машины, и глотая слезы побежала к амбару. Мне было больно и страшно; я хотела вернуться домой, я хотела проснуться от этого кошмара.

Том бежал за мной, как разъяренный зверь, и он видел, что я собираюсь спрятаться в амбаре. Я с трудом вбежала внутрь, и прокравшись вдоль стены спряталась за снопами сена, которое оставили здесь с прошлой вечеринки.

Несколько секунд блаженной тишины, когда я попыталась прийти в себя, и немного отдохнуть; мое тело ломило от боли и от пережитого шока, а в ушах стоял яростный звон. Я успела досчитать до трех, когда тишину нарушил скрип амбарной двери — Том вошел. Он не спешил, зная, что я здесь, и что он сможет меня достать, но у меня был более-менее четкий план — когда он подойдет ко мне, я либо наброшусь на него, либо постараюсь выбраться с другой стороны — снопы сена не прислонялись к стене.

— Энджел, ты не должна все усложнять, — протянул Том. Его дыхание было сбивчивым, и я слышала его достаточно близко. — Я знал, что ты догадаешься что здесь, в амбаре, я мог бы держать твоих подруг, но я не думал, что ты будешь такой глупой, что придешь одна. Это была ловушка для тебя, Энджел. Больше мне никто не нужен. И, пока мы будем играть в эту забавную игру, словно мы с тобой все еще дети, я расскажу тебе одну увлекательную историю. — Том со смешком продолжил: — В одном маленьком городке жил человек; хороший, и уважаемый человек. Он любил свою жену, и своих сыновей. Его любовь была настолько горячей и ревнивой, что иногда переходила все границы; напиваясь, этот хороший человек, превращался в монстра. Он забил до смерти свою жену на глазах испуганных детей. Он насиловал и избивал ее несколько дней подряд. На наших глазах.

Эта история не вызывала у Тома никаких эмоций, но мне стало не по себе.

Он безэмоционально продолжил:

— После этого, случилось то, что должно было произойти — старший брат покончил с собой, оставив младшего брата, наедине с отцом. Мой брат повесился здесь, на чердаке, в этом амбаре.

Я вновь обвела глазами это место. Теперь я воспринимала все иначе.

Том — настоящий психопат, переживший тяжелую травму, и он желает, чтобы люди испытали ту же боль, что и он. Но почему он выбрал меня?

Я слышала шаги по каменному полу — он ходил туда-сюда, погруженный в свою историю; выглядывая из-за снопов сена, я видела, что рассказ полностью завладел им.

— Этот парень сошел с ума, ведь у него больше никого не осталось. Приходилось жить с отцом, который избивал его день изо дня, напиваясь.

Должна ли я его пожалеть?

Я снова выглянула из-за снопа и завопила во все горло: Том сидел на корточках, прямо передо мной, глядя на меня своими большими глазами. На его губах была горькая усмешка.

— Я ведь сказал, что найду тебя, — он замахнулся ножом, и я со всех сил ударила его ногой в колено. Он вскрикнул, полоснув меня по руке. Кровь потекла по пальцам, заставляя мои глаза вспыхнуть огнем. Мое тело вышло из состояния шока, я начала ощущать боль, пронзающую меня яростными стрелами.

— Том, пожалуйста, перестань… — слезы обжигали горло. — Пожалуйста не трогай меня…

— Она сказала, что как только ты умрешь, она освободит меня. Он больше никогда не тронет меня.