Легкое, как дуновение, прикосновение к груди Теро разбудило его среди ночи. В испуге подскочив, молодой маг оглядел углы своей комнаты.

Там никого не было. Маленькие охранные знаки, которые он начертил на двери, поселившись здесь, были на месте.

Только после тщательного осмотра комнаты Теро заметил сложенный лист пергамента у себя на постели.

Маг схватил послание и взломал восковую печать. Лист был чист, за исключением маленького символа в углу — пометки Магианы.

Теро помедлил, услышав шаги в коридоре. Поспешно прочитав позволяющее видеть сквозь стены заклинание, он убедился, что это всего лишь возвращающиеся к себе Серегил и Алек, и только тогда снова взглянул на письмо Магианы.

«Руки, сердце, глаза», — произнес он мысленно и провел рукой над пергаментом. На нем проявились написанные неразборчивым почерком волшебницы строки:

«Мой дорогой Теро, я тайно и очень рискуя сообщаю тебе печальное известие — через твои руки, сердце и глаза . « Читая дальше, молодой маг ощутил в горле тяжелый комок ужаса и горя. Дочитав до конца, Теро накинул мантию и босиком прокрался к двери Клиа.

Глава 23. Беседа

Юлан-и-Сатхил, прогуливаясь по берегу Вхадасоори, вертел в пальцах подарок Торсина — половинку серебряного сестерция. Было совсем темно, и он услышал шаги скаланца прежде, чем увидел его По глухому кашлю, разносящемуся над водой, старика было так же легко узнать, как если бы он назвал себя Всегда очень тягостно наблюдать, подумал кирнари, как тирфэйе слабеют и приближаются к могиле, но особенно — если это такой ценный союзник.

Ориентируясь на звук, Юлан ступил на поверхность воды и неслышно скользнул через пруд туда, где его ждал Торсин Это было ценное умение — одно из тех многих, что так и остались недоступны скаланским магам, такой трюк всегда производил сильное впечатление на любого видевшего его тирфэйе. К тому же передвижение по воде было гораздо легче для старых ноющих коленей Юлана, чем обычная ходьба.

Торсин, конечно, видел эту уловку и раньше и поэтому лишь слегка удивился, когда кирнари ступил на берег

— Да благословит тебя Аура, старый друг!

— Да озарит тебя Свет, — ответил Торсин, промокая губы платком — Спасибо, что встретился со мной так быстро.

— Прогулки под мирным светом звезд — одно из немногих удовольствий, оставшихся таким старикам, как мы с тобой, не так ли? — ответил вирессиец. — Я предложил бы тебе улечься на траве и смотреть в небо, как мы раньше часто делали, но боюсь, ни один из нас не сможет потом подняться на ноги без помощи магии.

— Увы, это так, — Торсин помолчал, и Юлану показалось, что в его вздохе прозвучало сожаление. Однако когда старик заговорил вновь, голос его был полон обычной решительности. — Положение в Скале быстро меняется. Я получил инструкции осторожно прощупать почву и сделать вам новое предложение; оно наверняка покажется тебе более приемлемым.

«Чьи инструкции, интересно?» — подумал Юлан. Держась за руки, собеседники медленно двинулись вдоль берега, теперь они говорили так тихо, что гибкий молодой человек, наблюдавший за ними из-за каменного истукана, не смог ничего расслышать.

Глава 24 Плохие НОВОСТИ

Резкий стук в дверь как раз перед рассветом разбудил Серегила. Все еще не стряхнувший с себя кошмар, он сел и пробормотал:

— Да? В чем дело?

Дверь приоткрылась на несколько дюймов, и в нее заглянул Кита.

— Мне жаль будить тебя так рано, но таков приказ Клиа. Она требует тебя и Алека к себе немедленно.

Дверь закрылась, и Серегил снова откинулся на подушки, пытаясь собрать воедино разлетевшиеся образы своего сна.