— Н-нет, н-не д-думаю. — Ответом снова был смех, Дирк все еще обнимал жену, и тут в этой красивой комнате, под мерное тиканье французских каминных часов, Серра поняла, что любит мужа. Мать рассказывала ей о любви, но Серра до сих пор не понимала, что это значит. Теперь ей было знакомо это чувство, но Дирк… Дирк не любил ее. Он делил свое внимание между несколькими женщинами, ища в связях лишь физическое удовольствие…

— Уже поздно, — в конце концов, неуклюже сказала она. — Второй час ночи.

— Можно лечь попозже, — прошептали его губы, а она мечтала о новом поцелуе, — Завтра я никуда не еду, так что вставать рано необязательно.

— Но ты же всегда уезжаешь на выходные, — она не верила в свое счастье.

— На этот раз нет. Ты против? У тебя были свои планы?

— Ну, мы с Дженни собрались на раскопки.

— Так поедем вместе. Только не с самого утра. — Они все еще стояли обнявшись, и она молила судьбу о новом поцелуе. — Спокойной ночи, малышка.

Надежды таяли.

— Спокойно ночи, Дирк. — Ее губы, глаза, руки приглашали к поцелую.

Он улыбнулся, потом направился к двери, чтобы открыть ее для жены. Они вместе поднялись наверх.

Первой по коридору была спальня Серры. Он на несколько секунд задержался в дверях, рассматривая комнату, центр которой занимала огромная кровать с парчовым золотым балдахином. Заботливая горничная уже откинула покрывало и приготовила ночную рубашку, нежно-розовый цвет, которой красиво контрастировал с белизной подушки. Дирк перевел взгляд с постели на девочку, которая была его женой — девочку, которую он выбрал, чтобы не замечать, что женат. Она смотрела на него открыто и доверчиво. Серра заметила, как он тяжело вздохнул, и сердце подсказало ей, что нельзя показать ему, что она почти засыпает. Но как она ни старалась, тяжелые веки буквально падали вниз. Муж ласково усмехнулся и погладил ее по голове.

— Спокойной ночи, малыш. Хороших снов. — Легкий поцелуй каждому из усталых век, а через секунду он уже был у своей двери и помахал рукой. Серра еще несколько минут постояла, прижавшись спиной к двери своей спальни. Так вот какова любовь! Сладкое и мучительное чувство, теплое и кружащее голову… Полюбит ли ее Дирк? Она вдруг вспомнила, что, увидев их первый раз, предпочла Чарльза.

— Святая Мария, спасибо, что это не Чарльз! — истово прошептала она и начала раздеваться.

Наутро они приехали в Пинхей-бей. У всех были за плечами рюкзаки с инструментами. Серре так понравилась коллекция камней и окаменелостей, которую показала ей Дженни, что теперь она тоже мечтала найти останки какого-нибудь древнего животного сама, чтобы положить начало собственному собранию. Оказалось, что Дирк не раз ездил с Дженни в подобные экспедиции, и половина ее коллекции — его находки.

Серра внимательно осматривала берег, но все больше и больше разочаровывалась — время шло, а ей не попадалось ничего стоящего. Она пожаловалась Дирку, и тот, как фокусник, сразу показал ей пропущенный камень, в котором миллионы лет назад отпечаталась муха. Он принялся увлеченно объяснять, как это произошло, но Серра не слушала — ее совершенно захватило приятное чувство его близости.

Со временем она поняла, как и что нужно искать, и наткнулась на несколько интересных, хотя и маленьких, экземпляров, и даже Дирк удивился, как быстро она вошла во вкус охоты за окаменелостями. Днем они устроили маленький пикник на берегу под ярким голубым небом, на котором алмазно переливалось солнце.