— Почему Аллегра хотела, чтобы я приехала за ее наследством на остров?

— Не знаю. — Кейд помолчал. — Кажется, после того, как ее отправили учиться в частный пансион, вы с ней редко виделись?

— Да, редко, — рассеянно ответила Энджи.

— Должно быть, ваша дружба была очень крепкой, если выдержала испытание временем и расстоянием. Аллегра всегда знала, чего хочет, и она хотела, чтобы ты приехала на остров. — Кейд посмотрел на часы. — Ланч уже готов, поешь со мной?

Кейд не спросил о письме Аллегры ни за ланчем, ни позже, вероятно, он не подозревал о его существовании. Когда он улетел, Энджи поднялась в свою комнату и дала волю слезам.

Кейд звонил каждый вечер, и Энджи стала ловить себя на мысли, что весь день с нетерпением ждет звонка Кейда. Кейд коротко, но очень емко и выразительно описывал ей города, из которых звонил, шутил, иногда поддразнивал Энджи, интересовался, как прошел день у нее. В жизни Энджи не происходило каких-то значительных событий, но она рассказывала, как ходила на шлюпке в Белую бухту или как под руководством миссис Болтон училась готовить яблочный пирог. Только позже Энджи поняла, что именно во время этих вечерних бесед по телефону произошло то, чего она боялась: она полюбила Кейда; пока же она знала только то, что разговоры с ним приносят ей необъяснимое удовлетворение.

В предпоследний вечер ее пребывания на Треско Кейд не позвонил. Энджи прождала допоздна и легла спасть с нелепым, как она считала, ощущением, что день прожит впустую. Наверное, по той же причине ночью она спала хуже обычного, часто просыпалась. В конце концов, она призналась самой себе, что стала в какой-то степени зависимой от Кейда. Не то, чтобы от него зависело ее счастье, но Энджи стала испытывать потребность в общении с ним.

9

Утром, здороваясь с миссис Болтон, Энджи заметила:

— Кажется, в этом году лето наступит рано.

— Да, похоже, — согласилась экономка. — Сегодня будет ясный день.

— Я хотела сегодня отправиться в Белую бухту.

— Что ж, погода должна быть хорошей. Я соберу вам поесть.

— Спасибо, но мне бы не хотелось отвлекать вас от дел. Я сама приготовлю себе бутерброды.

Миссис Болтон решительно отмела ее возражения.

— Ерунда, вы меня ни от чего не отвлекаете, для меня собрать корзинку для пикника на одного человека — минутное дело. — Миссис Болтон с видом знатока посмотрела на небо. — В обратный путь собирайтесь часа в два, тогда успеете вернуться до отлива. И не выходите в открытое море, а то, этак можно уплыть и в Африку. — Миссис Болтон посерьезнела и покачала головой. — Не нравится мне, что вы плывете в одиночку.

— Не волнуйтесь, я умею обращаться с лодкой.

Полчаса спустя Энджи, переодевшись и надев широкополую шляпу, загрузила в шлюпку корзинку с едой и питьем и ветровку — на случай, если станет прохладно.

— Но если вдруг погода испортится или еще что-нибудь пойдет не так, — напутствовала ее экономка, — оставайтесь в бухте и ждите, если вас долго не будет, я пришлю за вами мужа.

Энджи заверила, что так и поступит.

Благополучно доплыв до Белой бухты, Энджи сошла на берег и отправилась исследовать рощицу. Когда солнце стало заметно припекать, она расстелила под пальмой плед и села перекусить. Миссис Болтон была прекрасной поварихой, но вопреки ее предсказаниям Энджи не очень проголодалась. Она съела только кусочек пирога и ломтик бекона, запив все это домашним лимонадом.

Энджи было грустно. Ее пребывание на острове подходило к концу, завтра она попрощается и с этим прекрасным местом, и с Кейдом.