— Надо скорее сообщить им, что я возвращаюсь.

Гаррет прикрывает мой телефон рукой.

— Может, подождешь до завтра? Сегодня суббота, и уже вечер. Харпер у Шона, а Карсон, скорее всего, на свидании с Кэрри.

— Точно. — Я убираю сотовый. — Ты так и не спросил меня, почему в тот день я уехала с Карсоном.

— А зачем? Вы работали над докладом.

— Знаю, но мы уезжали из кампуса. Я ехала с ним в его машине. Он угостил меня кофе.

— Вот что ты сейчас делаешь, Джейд? Я пытаюсь не думать об этом, а ты хочешь заставить меня ревновать?

— Нет. Просто меня удивило, что ты нисколько не злишься. И все.

— Мне по-прежнему не нравится Карсон, но ты его считаешь нормальным, поэтому я не буду поднимать эту тему. Зачем попусту ссориться.

Есть ощущение, что мне следует рассказать Гаррету об интересе Карсона к его отцу и «Кенсингтон Кемикал». Но я сдерживаюсь. Если Гаррет наконец-то принял его, не стоит подливать масла в огонь.

— Нам надо поесть, — говорит Гаррет. — Хочешь, заедем куда-нибудь? Или заказать еду на дом?

— Давай возьмем что-нибудь из китайской кухни, пойдем к тебе и посмотрим кино?

Гаррет смотрит на меня и улыбается.

— Ты болеешь, поэтому будем выполнять все твои желания.

— Я не болею.

— У тебя травма, что то же самое. А к больным особое отношение.

— Да? — В детстве, когда я болела, ко мне никогда никакого особого отношения не было. Меня никак не лечили. Я должна была заботиться о себе сама.

— Нет, когда ты болеешь, то получаешь все, что захочешь, и это хорошая возможность что-нибудь попросить. Я даже посмотрю с тобой твой любимый мультфильм про собаку.

Мы останавливаемся купить китайской еды и около восьми возвращаемся в кампус. Покопавшись в коробке Гаррета с фильмами, я выбираю для просмотра комедию.

Потом переодеваюсь в пижаму, потому что под фильмы у Гаррета всегда засыпаю. Но сегодня мне не спится даже после часа кино. Наверное, потому что я два дня проспала.

— Хочешь посмотреть еще что-нибудь? — спрашиваю я, когда появляются титры.

Гаррет не отвечает, потому что сегодня первым заснул именно он.

— Гаррет? — расталкиваю я его, и он, сев, протирает глаза.

— Неужели я уснул?

— Да. У тебя усталый вид. — Я целую его в щеку. — Ты не спал все два дня, что я была без сознания?

— Ну да. Я хотел быть уверен, что с тобой все в порядке.

— Гаррет, не стоило… — Я улыбаюсь. — Но я люблю тебя за это. А теперь пошли спать.

— Я же должен был наблюдать за тобой. — Он смотрит мне прямо в глаза. — Ты знаешь, где ты находишься?

— Да. В твоей комнате в колледже Мурхерст.

— Какое сегодня число?

— М-м… не знаю. Какой-то день февраля?

— Ты не знаешь, какое сегодня число? Очень плохо, Джейд, — продолжает он. — Как у тебя со зрением? В глазах не двоится?

Я начинаю хохотать еще громче.

— Нет. Ну все, хватит вопросов.

— Это моя работа. И ты обязана отвечать. Ты знаешь, кто я? — спрашивает он с серьезным лицом.

— М-м… не уверена. Выглядишь очень знакомо. Наверное, я узнаю по поцелую.

Он быстро чмокает меня в губы, но с тех пор, как мы были вместе, прошло несколько дней, и мне нужно больше. Я тоже целую его, но долгим, глубоким, «я-хочу-тебя-прямо-сейчас» поцелуем.

— Да, кажется, я тебя помню, — говорю я, проникая рукой ему под рубашку.

— Эй, не начинай. К этому ты не готова.

— Почему вдруг? Врач запретил? — Его пресс напрягается, когда я расстегиваю его ремень.