|
— Прочитай и, если у тебя возникнут вопросы, скажи. — Он поворачивается ко мне. — Я отправлю тебя домой на костылях. Вероятно, они понадобятся тебе всего на пару недель. Но даже если твое колено совсем перестанет болеть, какое-то время не бегай. Только ходи. У тебя есть ко мне какие-нибудь вопросы?
— М-м… мне нужно будет вернуться сюда, чтобы снять швы?
— Нет. Снимем их в клинике рядом с кампусом. Гаррет знает, где это. Мы позвоним вам, чтобы назначить прием. Если это все, то вы можете ехать домой. — Он собирается уходить.
— Подождите. Можно задать вам вопрос? — Я покрываюсь испариной, глядя, как он идет обратно к кровати. Я уверена, что лучше не спрашивать, и хочу было пойти на попятную, но потом понимаю, что ради Фрэнка должна выяснить правду.
— Что такое, Джейд? — спрашивает врач.
— Что вы делаете с Фрэнком? — выпаливаю я.
Врач бросает взгляд на Гаррета, потом снова глядит на меня.
— Не вполне понимаю вопрос.
— Я имею в виду, вы ему помогаете или что? — Я осознаю, что веду себя некрасиво, и стараюсь по-быстрому это исправить. — Простите. Я знаю, что вы ему помогаете, но как именно? У вас есть какое-то особенное лекарство?
Он качает головой.
— Нет. Лекарства от митрального стеноза, к сожалению, не существует. Просто у меня более индивидуальный подход. Современная медицина, как правило, использует универсальный подход к лечению, который дешевле, но хуже для пациента. Лекарства, которые он принимал, не подходили ему и даже усугубляли его состояние. Сейчас ему намного лучше.
— Тогда спасибо за все, что вы для него сделали.
Он улыбается и, кивнув, выходит за дверь.
— Готова выбраться отсюда? — спрашивает Гаррет.
— Что дал тебе врач? — Я показываю на лист бумаги, который он держит.
— Инструкцию по уходу за пациентами с травмами головы. Я должен отслеживать все эти признаки. — Он начинает читать: — Тошнота, рвота, спутанность сознания, потеря памяти, невнятная речь…
Я беру у него листок.
— Моя голова в полном порядке. Тебе не нужно наблюдать за мной.
Он вырывает у меня памятку.
— Эй, это моя работа, и я отношусь к ней очень серьезно. — Потом наклоняется, чтобы поцеловать меня в лоб. — Если твоя голова не вылечится, то виноват буду я, и этого моя совесть не вынесет. Я буду ежесекундно наблюдать за тобой.
— Да? И в понедельник, когда будешь сидеть на занятиях?
Он на секунду задумывается.
— Я заставлю тебя отзваниваться каждые десять минут и буду задавать вопросы, чтобы убедиться, что ты мыслишь ясно и четко. Например, буду спрашивать, какой сегодня день и кто я такой.
Я смеюсь.
— Если я не смогу тебя вспомнить, значит, мне определенно нужна медицинская помощь.
Он встает и достает из шкафа мою одежду.
— Помочь одеться?
— Нет, я сама. — Я улыбаюсь, когда он подает мне одежду. — У тебя лучше получается раздевать меня.
Он тоже мне улыбается.
— Это точно.
Одевшись, я немного тренируюсь ходить на костылях, а когда мы выходим из комнаты, он останавливается, чтобы поцеловать меня.
— Ты чего? — спрашиваю я.
— Спасибо, что нашла Лили. Я только что понял, что еще не поблагодарил тебя.
— Тебе не нужно благодарить меня.
— Лили замерзла бы до смерти, если бы ты ее не нашла.
— Если б меня там не было, ты бы нашел ее сам.
— Джейд, просто прими мою благодарность и все.
— Хорошо. Всегда пожалуйста. Но если твоя благодарность выражается в поцелуях, то не стесняйся благодарить меня чаще, потому что я очень соскучилась по твоим губам. |