— А, добрый вечер, мисс. — Джеффрис был напыщен как никогда. — Думаю, что вечерним воздухом маленькое чудовище уже надышалось, но мисс Коуплэнд ждет вас у себя. Сюда, пожалуйста.

Он провел ее по коридору, постучал в дверь и отошел в сторону, пропуская Эйлин. Комната оказалась будуаром Пэйдж. Пэйдж возлежала в шезлонге в шелковом домашнем халате и курила. Здесь же была и одна из служанок.

— Можешь идти, Дженни, — сказала Пэйдж, враждебно глянув на Эйлин. — Зайдите, мисс Дугган, и закройте дверь.

Джейн вышла, с сочувствием взглянув на Эйлин, а Пэйдж затушила окурок в стоящей на маленьком столике серебряной пепельнице.

— Очевидно, вы пострадали в аварии куда меньше, чем бедняга Дэйл, — заметила Пэйдж. Она заговорила не сразу, оценивающе глядя на Эйлин. По всему было видно, что она подыскивала слова, чтобы выразить ярость.

— Он велел мне прыгать, когда понял, что не справится с управлением, — тихо ответила Эйлин. — Поэтому я отделалась ушибами и царапинами. Мне очень жаль, что Дэйл так пострадал. Однако он будет жить, и это прекрасно, не так ли?

— Во-первых, чем это вы вместе занимались? — бесцеремонно осведомилась Пэйдж. — Или, может, я слишком наивна, раз задаю такие вопросы? Я и не знала, что он крутит интрижки с моими подчиненными.

Эйлин сжала кулаки. Пэйдж не предлагала присесть, и, хотя по спине Эйлин пробегала мелкая дрожь, взгляд ее был спокоен и непоколебим.

— «Интрижки», как вы изволили выразиться, не было и в помине. Полагаю, вы знаете это не хуже меня, — спокойно ответила девушка. — Впервые мы встретились здесь, у вас, когда я приходила за Чери. Пару раз Дэйл отвозил меня домой, а однажды пригласил на ужин в пляжный клуб.

— Где вы познакомились с этой старой ведьмой, миссис Каррузерс, и так сумели втереться к ней в доверие, что она тут же предложила вам работу? Все это мне известно. И почему вы отказались?

Эйлин вызывающе подняла голову:

— Потому что не хотела оставлять Джонни.

На губах Пэйдж заиграла широкая, полная презрения улыбка.

— Бедная, несчастная маленькая дурочка! Джонни о вашем существовании и знает-то понаслышке, — рассмеялась она.

Эйлин побледнела, но голову не опустила.

— Мне это известно. Но однажды он вам наскучит, и вы его бросите. А я буду рядом, и он заметит меня. И возможно, будет мне рад.

Взгляд Пэйдж изменился. То не было удивлением, нет — она была просто поражена.

— Даже на таких условиях вы от него не откажетесь?

— Я не откажусь от него ни при каких условиях, — заверила ее Эйлин. — Потому что люблю его.

Лицо Пэйдж вытянулось.

— У вас совсем нет гордости?

— Когда любишь, — тихо и с болью произнесла Эйлин, — гордость становится непозволительной роскошью.

У Пэйдж не было слов.

Эйлин попыталась объяснить:

— Видите ли, Джонни так ослеплен вами, что у него просто не было времени как следует разглядеть меня, вот я о чем говорю. Но я ему нравлюсь, и, когда его бросите вы, ему станет больно, он растеряется. В этот момент ему и понадоблюсь я. И я буду рядом, буду ждать.

Буравя Эйлин ненавидящим взглядом, тяжело дыша, но все же сохраняя самоконтроль, Пэйдж холодно предположила:

— Возможно, я решу выйти за Джонни.