Взгляд Адама пронзил Мэри. Он подвел ее к дивану и сел рядом.

– Расскажи мне подробно все, что слышала.

Он верил ей. Но по иронии судьбы именно сейчас Мэри хотелось, чтобы он не поверил.

– Все было так расплывчато. Только обрывки фраз. Она сказала, что ей страшно. И сразу после этого назвала имя человека…

– Кого?

Его большие теплые ладони согревали ее руки, придавая ей силы.

– Папу.

Это признание повисло в наступившей тишине. И все же она не могла поверить, что их отец мог причинить вред Джо. Да, он был в ярости, когда она убежала, но в глубине души все равно любил ее. Он даже послал Обедайю, чтобы тот стал ее ангелом-хранителем.

Но однако он угрожал Мэри.

Упаси Господи, чтобы я обратил свой гнев на нее.

Ее губы дрожали, но Мэри высоко подняла голову, приказав себе не дрогнуть при виде торжества Адама.

Но Адам лишь спросил:

– Это все? Она больше ничего не рассказала о своей тюрьме? И больше никого не называла?

– Она назвала имя Питер. – Мэри ухватилась за призрачную надежду. – Но есть ли среди ее знакомых Питер? Она ничего не писала о нем в дневнике, а там ведь упоминаются все ее поклонники.

– Ты сказала, что послание было неясным.

– Да. Ее голос то пропадал, то вновь звучал.

Адам помрачнел.

– Ну, теперь мне все ясно. Она говорила о графе Питерборне.

Глава 19

Адам на любимой черной кобыле направлялся на юг, к Брайтону. Вода, скопившаяся в лужах после дождя, летела из-под копыт лошади. Дорогу развезло, и карета Адама осталась далеко позади. Но небо сияло голубизной, и свежий ветерок гулял по пышным зеленым пастбищам, где на солнышке паслись коровы и овцы.

В другое время этот мирный пейзаж разбудил бы в Адаме тоску по его родному поместью в Дербишире. Но не сегодня. Охваченный беспокойством, он сосредоточил все мысли на предстоящем разговоре.

Зачем Питерборну понадобилось похищать чужую невесту? Сирил был едва знаком с ним, так что это исключало месть за какое-то оскорбление.

Возможно, отказ Джозефин задел самолюбие Питерборна? Неужели она так разгневала его, что он решил застрелить Сирила?

Нет, это нелепо. Питерборн – похотливый развратник, гоняющийся за любой юбкой. Если одна женщина отказала ему, тут же нашлась бы другая. Столько женщин с радостью удовлетворят графа, невзирая на его преклонные лета.

Если только этот старый плут не воспылал страстью к Джозефин. Может, желание обладать ею настолько завладело им, что у него помутился рассудок?

Или это была одержимость? Да, теперь Адам начинал понимать, что это такое.

Он объехал глубокую выбоину на дороге. Грязь зачавкала под копытами лошади, и благородное животное шарахнулось в сторону, черная шелковистая грива развевалась на ветру. С каждым шагом Адам все дальше удалялся от Мэри.

При мысли о ней его сердце сжалось. Он не видел ее этим утром. Лишь несколько слуг поднялись на рассвете, чтобы проводить его и Крукса.

Адам снова вспомнил о том скандале в библиотеке, когда он довел Мэри до слез своей глупой ревностью. Ему следовало бережнее относиться к ее чувствам. У нее был утомительный день. Сначала он не смог устоять и соблазнил ее, потом она получила нагоняй от своего отца. И словно этого было мало, мрачно думал Адам, он еще дважды оскорбил ее – сначала унизительным предложением внебрачных отношений, а потом холодным и неохотным предложением жениться на ней.

Его поведение было совершенно непростительно. Она ведь не принадлежит ему. Он вел себя как животное и сейчас с ужасом думал о том, что не сумел совладать с собой.

Но он не жалел, что представилась возможность утешить ее. Когда он обнимал Мэри, он чувствовал, что она создана для него и должна принадлежать только ему.